Стройотряд глава пятая

СТРОЙОТРЯД

ГЛАВА ПЯТАЯ

Утром Зиновий вновь поднял весь барак зычным голосом:
— Подъём!!! Руки с приборов, ноги в сапоги! Нас ждут великие дела!
— Какие это ещё великие дела? — за всех недовольно с койки пробормотал Саша-бригадир.
— Едем на трассу! Забыли, что ли? ЛЭП будем тянуть! Директор дал добро.
Услышав такую новость, парни мигом покинули тёплые койки и помчались умываться.
Они ещё не успели завершить завтрак, как к столовой подъехал грузовик, из которого вышел прораб.
Он отошёл с Зиновием в сторону и что-то энергично начал объяснять ему.
Спокойно выслушав прораба, Зиновий вернулся к парням, доедавшим завтрак.
— Так, парни, — войдя в столовую, важно начал он, — сейчас заедем за инструментом на склад и двинемся на трассу. В прошлом году работы по прокладке ЛЭП были не закончены, так что мы будем продолжать их.
— Чё делать-то надо? — как всегда спокойно посмотрев на Зиновия, поинтересовался Саша-бригадир.
— Разделимся на две бригады. Одна бригада будет копать ямы под столбы, а другая заливать бетоном эти ямы и устанавливать в них столбы. Столбы лежат тут неподалёку. Да вы их и сами, наверное, видели, эти штабеля. Они на въезде на прииск ещё с прошлого года там лежат.
— Что? Так вручную и будем их таскать? — раздалось из толпы. — Пупы надорвём.
— Зачем вручную? — недоумённо посмотрел Зиновий на недовольного. — Для этих целей нам выделен кран на 130-м ЗИЛе. Он вчера из Зеи на месяц приехал нам в помощь, да пара грузовиков. Один чтобы людей возить, а другой для перевозки столбов и бетономешалки.
— Опять эта долбаная мешалка, — уже зло сплюнул Василий. — Как она уже всех задолбала!
— Вот ты, Вася, и возглавишь бригаду по заливке ям бетоном. У тебя это отлично получалось, — тут же сделал заключение Зиновий.
Вася, видя, что влип по самые уши из-за своей инициативы, встал из-за стола и пошёл в сторону домика, где жили девчонки.
— Пошёл жалиться Катьке, — негромко заметил кто-то и парни, услышав такое замечание, весело загоготали.
Их смех на Василия не подействовал, и он со своего пути не свернул.
— Распереживался Вася, — сочувственно заметил Черпак, сидевший с какой-то суковатой палкой за столом. — Ничего, ничего, пусть идёт. Его там Катюха успокоит перед трудовыми буднями и будет у нас, мужики, отличный бригадир, — и тут же поинтересовался у Зиновия: — А как кормить на трассе будут? Или с собой обеды брать пацанам?
— А ты, Саня, — зло посмотрел на него Зиновий, — здорово губу не раскатывай, что тут отсидишься, — и кивнул в сторону барака, — да об обедах только думать будешь. Пару деньков полечишь свои пяточки. Я сам буду контролировать их состояние, а потом уже со своим дружбаном Лёнькой будешь соревнование устраивать, кто больше накопает.
Над этой шуткой парни весело расхохотались, хлопая и Лёньку, и Черпака по плечам.
Видя, что настроение бойцов приподнялось, Зиновий тут же разъяснил:
— А обеды будут привозить на место работы в термосах, так что голодными вас там никто не оставит, — и скомандовал отработанным голосом: — Всем в машину! Время идёт! — и, видя, что никто уезжать не собирается, шутливо подбодрил парней: — ЛЭП ждёт вас, господа заседатели! Она по вам соскучилась!
Парни со смехом дружно начали забраться в кузов грузовика, который тут же тронулся, везя бойцов на новые трудовые подвиги.

Грузовик выехал на трассу, идущую к Дамбукам, и не спеша двигался по ней. По левой стороне дороги попадались какие-то полу обсыпавшиеся ямки, с рядом с лежащими столбами.
Зиновий, стараясь перекричать шум работающего мотора, указывал на эти ямки:
— Это в прошлом году так накопали ямы. Они кое-где уже завалились. Так что второй бригаде придётся их расчищать перед установкой столбов, а вы будете копать новые ямы.
Лёнька вполуха слушал, что говорит Зиновий. Его больше интересовала тайга, разрезанная дорогой, с высокими тёмно-зелёными стройными пихтами и более светлыми лиственницами, кое-где разбавленными березняком.
В кузове едущего грузовика было хоть и прохладно, но комфортно. Тёплый утренний ветер овевал лицо, хотя стояла безветренная погода. На бездонном синем небе не просматривалось ни единого облачка, что предвещало жаркий день. Придорожную траву и листочки на деревьях не шевелил ни единый порыв даже слабого ветерка.
«Да, — разглядывая красоты тайги, подумалось Лёньке, — придётся сегодня попотеть».
Ему вспомнилась работа в тайге, когда они рубили профили на прииске Комсомольском. При такой погоде, да при такой работе, когда некогда отмахнуться от мошки;, работа особого удовольствия не доставляла.
«Если накинуть капюшон, то мошк; шею не сожрёт, — обдумывал он сегодняшний день, — а с лица я её сгоню».

Вскоре грузовик остановился и ребята спрыгнули на край дороги.
— Вот отсюда и начнём копать. Здесь заканчивается последняя прошлогодняя яма, а там, — Зиновий указал рукой в сторону Дамбуков, — через тридцать метров будет наш первый столб.
Он сошёл с трассы, срубил небольшую осинку и, воткнув её в землю, обратился к примолкшим парням:
— Ну что? Начали работу? — и, взяв рулетку, принялся её разматывать.
Отмеряв первые тридцать метров, указал на это место одному из парней.
- Поздравляю, ты будешь первый, кто поставит первый наш столб.
— Смотри, если самородок найдёшь, то не забудь поделиться, — пошутил кто-то из парней и, рассмеявшись шутке, они пошли к месту следующего столба.
Третью яму застолбил Лёнька.
Ребята двинулись дальше, а он, посмотрев им вслед, нанёс первый удар кайлом в место будущей ямы.
Земля легко разошлась от удара, а кайло по самую рукоять увязло в земле. Легко вытащив его, Лёнька нанёс второй удар, потом ещё несколько, таким образом обозначив размер будущей ямы и, взяв лопату, углубился на целый штык.
Размер ямы должен составлять полтора метра в длину и глубину, а в ширину полметра. Но если ширина ямы составит обозначенные полметра, то плечи начнут застревать в ней, когда придётся копать глубже метра, поэтому Лёнька решил сделать ширину ямы чуть более шестидесяти сантиметров.
Первый слой земли он выкопал легко и, освободив пространство для намеченного прямоугольника, вновь вонзил кайло в землю. Но тут что-то пошло не так. Кайло вошло только на пять сантиметров и, звякнув, соскользнуло вбок. Не придав этому значения, Лёнька нанёс удар рядом, но и тут случилось то же самое, кайло опять отскочило от какого-то камня, находившегося под слоем земли. Лёнька лихорадочно принялся бить вокруг этого места, которое не поддавалось кайлу, но оно не шло в землю.
В недоумении Лёнька присел, чтобы перевести дыхание.
«Неужели я напоролся на огромный булыжник? — промелькнула мысль. — Надо его окопать», - решил он.
Встав, он принялся долбить кайлом землю по краям ямы. Кое-где кайло начало свободно входить туда, а в остальных местах раздавался прежний глухой звук металла о камень.
Чтобы выяснить, что же находится под слоем разрыхлённой земли, он взял лопату и принялся расчищать яму.
Картина стала проясняться. Никакого огромного булыжника под ней он не обнаружил. Поверхность будущей ямы оказалась покрытой огромными плоскими пластинами. Чтобы выкинуть одну из них, приходилось находить её края, окапывать, поддевать кайлом и, поднатужившись, выталкивать из ямы.
Всё бы ничего, но утренняя прохлада прошла, солнце поднималось всё выше и выше. Воздух начал прогреваться и откуда ни возьмись появилась мошк;. Она вилась вокруг лица, садилась на него, и для того, чтобы она не впилась в кожу, её постоянно приходилось смахивать то рукавом энцефалитки, то рукой, а так как руки Лёнька перепачкал землёй, то он только предполагал, какой цвет оно сейчас приобрело.
Хотелось скинуть капюшон энцефалитки, но если это сделать, то тогда мошк; примется за шею, поэтому он только плотнее застегнул его. Пот застилал глаза, и Лёнька постоянно смахивал его рукавом, вскоре полностью промокший. Постоянно хотелось пить, но воды поблизости не было, поэтому водой из припасённой фляжки приходилось только смачивать рот, чтобы уничтожать возникавшую в нём сухость.
Но, несмотря на всё это, он углубился и работал, уже стоя в яме по пояс.
Наверное, наступило время обеда, потому что приехал грузовик, из которого Катя прокричала:
— Лёня! Вылезай, передохни! Я тебе борща налью!
Лёнька вылез из ямы и, подойдя к грузовику, охрипшим голосом только попросил:
— Ты мне лучше воды налей во фляжку и чая дай.
— А покушать? — Катя в недоумении посмотрела на него.
— Нет, не буду. Я только пить хочу. А поем потом, когда закончу эту долбаную яму.
Катя спрыгнула из грузовика, и вместе с Борькой они, вытащив из кузова канистру с водой, дали Лёньке обмыть лицо и руки, а потом наполнили его фляжку.
Придя в себя после умывания, Лёнька попросил Катю:
— Налей чаю, да побольше.
Катя, глядя на измочаленного Лёньку, налила ему большую кружку чая и жалостливо смотрела, как он жадно его пил.
— А у других ребят ничего, работа идёт нормально, некоторые уже по одной яме закончили, на вторую переходят, — как бы между прочим поделился сведениями Борька.
— Видать, мне не повезло, — чуть ли не выматерился Лёнька и, зло сплюнув, пошёл долбить камни в своей яме.
Ох! Как он её ненавидел! Как он только не матерился на каждый валун, который он с трудом доставал, царапая и обдирая руки, из глубины этой чёртовой ямы. Как он клял себя за то, что именно ему выпала доля долбить её, когда он увидел, как парни, выкопавшие первые две ямы, прошли мимо него, с интересом глянув на результаты его работы.
Но это только придавало ему силы долбить, долбить, копать и вытаскивать камни, и он вгрызался в землю всё глубже и глубже, чтобы докопаться до требуемых полутора метров глубины.
Солнце пошло к закату, жара постепенно начала спадать, мошк; хоть и вилась вокруг, но её становилось всё меньше и меньше и появилась возможность скинуть капюшон энцефалитки.
Но вот! Последний камень вынут со дна ямы, дно выровнено. Глубина составляла положенные полтора метра. Положив кайло поперёк ямы, Лёнька подтянулся и вылез на бруствер. Сев на него, он до сих пор не мог поверить, что одолел и победил её, эту чёртову яму.
Хоть силы почти и оставили его, но он заставил себя встать и отодвинуть подальше от края ямы выкорчеванные булыжники. Их оказалось намного больше, чем выкопанной земли.
Невольно пролетела мысль:
«Это кто-то специально мне их сюда навалил».
И, рассмеявшись невесёлым мыслям, сделал несколько глотков из фляжки, а остатками воды обмыл лицо.
«Да, папа был прав, только так из обезьяны может появиться человек», — иронично подумал он о себе.
Сил идти и копать вторую яму у него не оставалось, да и смысла начинать новую тоже не было. Поэтому он сидел на горе выкопанных булыжников и ждал грузовик, вскоре появившийся со стороны Дамбуков. Подобрав Лёньку, грузовик вернулся на прииск. Лёнька оказался последним, кого он подобрал.

Парни ехали в кузове, весело переговариваясь и хвастаясь, кто и сколько сегодня сделал. Женька даже начал копать третью яму. На эти разговоры Лёнька ничего не мог ответить, и молча доехал до бараков, а там, взяв полотенце, долго обмывался ледяной водой из умывальника.
После дневной жары он с удовольствием обливался водой и ощущал её живительную прохладу. Постепенно силы возвращались, усталость прошла, и он пошёл перекусить в столовую.
Увидев его, Зина сразу же принесла полную тарелку борща и поставила рядом тарелку с картошкой и мясом.
Парни в недоумении смотрели на эти метаморфозы. Обычно они всегда сами подходили к девчонкам, чтобы попросить первое или второе. А тут! Зинка сама принесла Лёньке обед, хотя он её даже и не просил об этом.
А Лёнька, ничего предосудительного в этом не заметив, умял всё, что поставила перед ним заботливая Зина и, в изнеможении откинувшись, осмотрел парней, только сейчас заметив их недоумённые взгляды.
А Черпак, прохромав мимо Лёньки, хлопнул его по плечу:
— Ну, Лёнь! Ну ты даёшь! — и иронично рассмеялся.
Лёнька не понял, по какому поводу смеётся Черпак. Ему подумалось, что из-за ямы, которую он копал целый день, но спросить об этом Черпака не успел, потому что вошёл Зиновий и начал подводить итоги работ сегодняшнего дня.
И, конечно же, прошёлся и по Лёньке, выкопавшим сегодня всего одну яму.
— Если мы все будем так работать, как Макаров, — возмущённо грохотал он в маленьком помещении столовой, — то мы вообще даже на кусок хлеба себе не заработаем, — закончил возмущённую речь Зиновий.
А что говорить? Зиновий прав. Так работать нельзя. Лёнька это знал и молча водил пальцем по отвердевшим мозолям на руках. Оправдываться он не собирался. Не будет же он ссылаться на немилость природы и блеять: «Извиняйте, господа хорошие, так получилось». Ведь со всяким могло случиться то же самое, если бы он оказался на месте Лёньки. Ну, не повезло ему сегодня.
Но слова Зиновия задели Лёньку. Ему стало очень обидно оттого, что его публично выставили слабаком и лентяем, поэтому он для себя решил, что всем докажет, что он не сачок и не бездельник.

Выйдя из здания столовой, Лёнька в одиночестве прошёл к бараку. Почему-то почти все студенты сторонились его, и никто с ним не заговорил. Только Черпак, догнавший его у входа в барак, ободрил:
— Не переживай, Лёнь! Всё будет хорошо. Ты всем докажешь, что сегодняшний день — случайность, — и, резко переменив тему, поинтересовался: — А когда это ты с Зинкой успел закадриться?
— С какой Зинкой? — не понял его Лёнька.
— С какой, с какой, — передразнил его Черпак. — С такой, которая вон как за тобой ухаживает, что даже Зиновий на тебя сегодня взъелся.
— Да пошёл ты… — послал Лёнька Черпака подальше. — Ничего у меня с ней нет. А если она сама чего-то хочет, то это её проблемы.
— Чё? Вообще, что ли, не нравится? — У Черпака от удивления даже брови поднялись.
— Почему, нравится, — пожав плечами сознался Лёнька. — Только не до неё мне сейчас. Да и как я к ней подвалю? Здравствуй, Зина. Я без тебя жить не могу. Так, что ли?
— Дурак ты, Лёнька, — не дослушав его, подытожил Черпак. — Я бы ради такой полутатарочки все стены пробил. Огонь, а не девка! Никого она к себе не подпускает, а ему тут сразу и первое, и второе, а он нос, балбес, воротит. Пользуйся, пока шанс есть! — Черпак по-дружески приобнял Лёньку за плечи. — Чего тянешь?
— Почему полутатарка? — не понял Лёнька, выделив это слово из всей речи Черпака.
— Да потому, что отец у неё татарин, а мать русская! — отмахнулся Черпак и продолжал рассуждать: — Эх, Лёня, не видишь, какое счастье тебе в руки плывёт. Хватай, пока не увели. Зиновий вон первый, кто на очереди стоит. А она от него нос воротит. Нет, я бы не отказался, — ещё раз мечтательно повторил он и, хлопнув Лёньку по плечу, поковылял к своей койке.
Пройдя к своей койке, Лёнька разделся, растянулся на прохладных простынях и тут же провалился в сон.

Конец пятой главы

Полностью повесть опубликована в книгах «Стройотряд» и «Становление».
Её можно посмотреть на сайтах: https://ridero.ru/books/stroiotryad/ и
https://ridero.ru/books/stanovlenie_3/

Предыдущие приключения Лёньки опубликованы в книге «Приключения Лёньки и его друзей:
https://ridero.ru/books/priklyucheniya_lyonki_i_ego_druzei
Книги можно скачать в электронном виде, а также прослушать в аудиоформате.