Танцпол-2

Он медленно приоткрыл глаза. Так не хотелось расставаться с ночными сновидениями. Хотелось на миг, но продлить ту картинку, что так крепко держалась в сознании. Казалось, если не шевелиться, она не растает. Но что-то всё равно тянуло его обратно: то ли тонкий луч света, скользнувший по подушке, то ли тишина, слишком плотная для мира из сна.

Наконец он полностью отошёл от сна и стал приглядываться к комнате. И не мог скрыть удивления: ещё минуту назад он жил в совершенно другом мире и принимал всё, что там происходило, за чистую правду. Чувствовал себя молодым душой и телом: лёгким, свободным, будто годы упали с плеч, как давно изношенная одежда. А теперь эти ощущения столкнулись с неприглядной реальностью: с шершавой фактурой одеяла, с запахом остывшего чая на тумбочке, с тем, как совсем по-другому, тяжеловато, отзывается тело.

Он сел, опустил ноги на пол и замер, прислушиваясь к себе. Сон ещё цеплялся за края мыслей, обещая вернуть ту лёгкость, но реальность уже брала своё — спокойная, будничная, без чудес. И всё-таки он улыбнулся совсем незаметной улыбкой: хорошо, что хоть на одну ночь он снова был тем парнем, который ничего не боится и верит, что впереди ещё вся жизнь...   

Сердце ещё продолжало биться в учащённом ритме, пытаясь угнаться за размером музыки, звучавшей во сне. А тело испытывало наслаждение от предвкушения чего-то большего, чем просто танец в том мерцающем безумии.

В это время в прикрытых на ночь шторах зрело утро, а за окном светлела рассветная хмарь, пронизанная струями мелкого дождя, чуть слышно стучащего по крыше балкона и тонкими струйками стекающего вниз. Эти звуки были единственными, нарушающими молчание комнаты.

Сон. Всё это был только сон...

Он сидел на кровати, чувствуя, как ноют суставы, болит голова и немного подташнивает. Наверняка сказывался вчерашний перебор: срывы, связанные с алкоголем, в последнее время повторялись с пугающей последовательностью.

Провел рукой по лицу — ладонь коснулась морщинистой кожи, седой многодневной щетины. От слабости пальцы подрагивали. В ушах шумело, будто он приложил к ним морские раковины.

В углу комнаты к стене сиротливо прижался старый торшер. На тумбочке у кровати стоял стакан со вчерашним чаем. Рядом — облатка каких-то лекарств. Никакой феерии, музыки, изгибающихся в спирали женских тел. Только реальность — тихая, одинокая, давно выцветшая... Отдающая заброшенностью и одиночеством. Проделки молодости остались далеко в прошлом, изредка приходя в воспоминаниях и снах. От былого лоска — ни следа.

Сделав усилие, он встал, пошатываясь, подошел к зеркалу. А там пожилой мужчина, которому на вид  давно «за». Ссутулившийся, с усталыми глазами, седой, с давно наметившейся лысиной... Прищурив глаза, так было лучше видно, он всматривался в отражение действительности.   

На шее тонкая цепочка с крестиком. Он не снимал её лет сорок кряду. Иногда забывая, что там вообще что-то есть. Ни той страсти, ни огня, что пылал в нем во сне, не осталось и следа. Он напоминал одинокий айсберг, давно оторванный от ледяного массива. Только тень былой силы и прожитой жизни, застывшая в морщинах. Они напоминали, что этот человек — умеющий взять ответственность на себя.

Он вгляделся в свое отражение, и вдруг всё встало на свои места. Вспомнились годы, прошедшие в одиночестве после смерти жены. Разве он думал, что девушка, которую он тогда присмотрел в клубе, впоследствии станет его судьбой. Он влюбится в неё окончательно и бесповоротно, и вскоре она станет его женой. Но так уж бывает в жизни: солнечные дни не могут продолжаться вечно, на смену им приходит непогода...

Редкие созвоны с дочерью, живущей за границей, не меняли его жизни. Он давно поставил на себе крест. Прогулки по набережной могли на время развеять сумрак в его душе, но только на время. Там он мог наблюдать молодые пары, откровенно радуясь за них, вспоминая свою молодость. Никем неприметный, он проходил мимо, как призрак из другого времени...

«Клуб… танец… она…» — прошептал он, и голос показался каким-то не своим, чужим. Воспоминания ночи, обжигающие своей натуральностью, цеплялись за его память,   становясь почти реальными. Он помнил её улыбку, прикосновение, как она доверилась ему. Но теперь произошедшее во сне постепенно таяло в его памяти, оставляя после себя лишь сладкое послевкусие.

Он провел ладонью по зеркалу, будто пытаясь стереть отражение или проникнуть сквозь него — туда, где ещё несколько мгновений назад он был другим: молодым, пылким, желанным. Но стекло оставалось холодным, ко всему безразличным.

За окном усиливался дождь. Капли стучали в окно, словно напоминая: это и есть жизнь. Не танец в неоновом свете, не обещание страсти, а вот это — тишина, старость, одиночество. И всё же…

Он выпрямился, расправил плечи. В глазах, пусть и уставших, мелькнуло что-то неуловимое. Не огонь, нет — скорее теплый, ровный свет.

— Значит, так, — сказал он вслух, и в голосе прозвучала твердость. — Я хотя бы видел этот сон. Я чувствовал это. Пусть хоть во сне, но я был живым... И она тоже...

Он отвернулся от зеркала. И так всё понятно... Сегодня он не хотел задерживаться на мелочах. Подошел к окну, резким движением раздвинул шторы, будто хотел одним жестом сбросить с комнаты остатки сонливости. Отойти от воспоминаний, теребящих душу.

Серая пелена неба чуть поредела, и сквозь неё проступило размытое блюдце утреннего солнца. Не яркое, а тихое, будто само стеснялось нарушить тишину. В душе шевельнулось что-то светлое, обнадеживающее. Нет это не восторг, не внезапная радость, а простое, почти будничное понимание: молодость не вернуть, она осталась там, в снах, где он снова был лёгким и бесстрашным. Но жизнь-то продолжается. Прямо здесь. Прямо сейчас.

И, может быть, в этой тихой реальности есть своя красота. Не такая ослепительная, как вспышки стробоскопа, к которым когда-то так тянуло сердце, а мягкая, как свет, пробивающийся сквозь тучи. Она не заявляет о себе, не требует внимания, но если остановиться и просто посмотреть, то многое станет видно...

                март 26г)"


Рецензии
Спасибо, Сергей!
Мне понравилось продолжение! Вот как повернули те страсти в первой части!

И очень важное понял, для себя, этот одинокий сейчас человек:
"Но жизнь-то продолжается. Прямо здесь. Прямо сейчас.

И, может быть, в этой тихой реальности есть своя красота. "

Всего доброго Вам!
С уважением, с теплом.
Вера.

Липа Тулика   22.11.2026 02:16   •   Заявить о нарушении
Большое спасибо за отклик и замечания! С уважением и добром! С.В.

Сергей Вельяминов   22.11.2026 08:57   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.