Кайфани по пути со мной

Она сказала это так просто, будто речь шла о чашке кофе.

— Кайфани по пути со мной.

Я тогда стоял у старой заправки на краю трассы, где асфальт уже не был дорогой, а становился воспоминанием о ней. Пыльный ветер гонял обрывки пакетов, и неоновая вывеска мигала так, будто у неё были собственные сомнения.

Я не спросил, куда.

Это было странно.

Обычно я всегда спрашиваю.

Её машина стояла чуть поодаль.

Старая. Низкая. Чёрная, но не как лак, а как ночь, в которой уже нет звёзд.

— Это что? — кивнул я на неё.

— Не что, а кто, — ответила она. — Она выбирает дорогу.

Я усмехнулся.

— Конечно.

— Садись, — сказала она.

И я сел.

Когда дверь закрылась, звук мира исчез.

Не приглушился — исчез.

Остался только мягкий гул, похожий на дыхание.

— Пристегнись, — сказала она.

— Мы же стоим.

— Пока да.

Двигатель не завёлся.

Он… проснулся.

И трасса перед нами дрогнула.

Я видел это.

Асфальт словно стал жидким на секунду.

И потом —

мы уже ехали.

— Ты ничего не хочешь спросить? — она посмотрела на меня, не отрывая рук от руля.

— Хочу, — сказал я. — Но боюсь испортить момент.

Она улыбнулась.

— Правильный ответ.

За окном мелькали пейзажи, но они не складывались в логичную картину.

Пустыня.

Потом лес.

Потом снова пустота, но уже не та.

— Где мы?

— Там, куда ты бы не доехал сам.

Я почувствовал странное спокойствие.

Как будто всё, что должно было случиться, уже случилось.

И теперь остаётся только прожить это.

— Почему я? — спросил я.

— Потому что ты стоял и не знал, куда идти.

— И?

— Такие люди видят дорогу, когда она появляется.

Мы остановились внезапно.

Перед нами была трасса.

Длинная. Прямая.

Уходящая за горизонт.

— Это она? — спросил я.

— Нет, — сказала она. — Это только вход.

Я вышел.

Воздух был густым, как перед грозой.

Но не было ни облаков, ни ветра.

— Что дальше?

Она подошла ближе.

— Дальше ты решаешь, ехать или нет.

— А ты?

— Я уже еду.

Я посмотрел на дорогу.

Она казалась… живой.

— Что будет, если я поеду?

Она не ответила сразу.

— Всё, что ты боишься пропустить.

— А если не поеду?

— Всё, что ты уже пропустил.

Я усмехнулся.

— Ты умеешь убеждать.

— Я не убеждаю, — сказала она. — Я просто показываю.

Я снова сел в машину.

— Тогда поехали.

Она не тронулась.

— Скажи это правильно.

Я посмотрел на неё.

— Кайфани по пути со мной?

Она улыбнулась.

— Теперь да.

И мы поехали.

Но на этот раз я почувствовал, как дорога входит в меня.

Скорость росла, но не пугала.

Время перестало быть прямой.

Оно стало чем-то вроде пульса.

Мы проносились через места, которых не было на картах:

— город, где никто не смотрит друг другу в глаза

— мост, который появляется только для тех, кто решился

— пустыню, где слышны собственные мысли

— Это всё реально? — спросил я.

— Это всё твоё.

— Моё?

— Да. Просто ты туда не заходил.

Я молчал.

— А ты? — спросил я. — Ты кто?

Она посмотрела вперёд.

— Я та, кто едет.

— И всё?

— Разве этого мало?

Я хотел спросить ещё.

Но вдруг понял:

вопросы больше не нужны.

Мы остановились снова.

На этот раз — у обрыва.

Внизу — океан.

Но он не был синим.

Он был… светящимся.

— Это конец? — спросил я.

— Это момент, — сказала она.

— И что теперь?

Она повернулась ко мне.

— Теперь ты либо возвращаешься туда, где стоял…

Пауза.

— …либо продолжаешь.

— А ты?

Она улыбнулась.

— Я уже сказала.

Я посмотрел на океан.

Потом на дорогу.

И вдруг понял:

я больше не хочу стоять.

— Тогда…

Я вдохнул.

— Кайфани по пути со мной.

Она засмеялась.

И в этот момент я понял:

я уже не пассажир.

Я еду.