Земля. Генезис Глава одиннадцатая

ЗЕМЛЯ. ГЕНЕЗИС

Глава одиннадцатая


Улыбка Афины выглядела ужасной. Перекошенные от злости пухлые обескровленные губы напоминали гримасу кровожадного убийцы, стоящего перед своей жертвой, а не лицо обаятельной женщины. Её пугающая нагота не соответствовала действительности. При каждом шаге гру;ди вздымались так, как будто она собиралась ими придушить Гойя.
Тот, в свою очередь, не мог оторвать взгляда от них, лихорадочно перемещая взгляд с хищного лица с чёрным завитком пряди волос на левом виске на чёрный треугольник лобка и на яростно вздымавшуюся грудь.
Смерть, как и положено ей в женском обличии, медленно, но уверенно приближалась к Гойя, а её дыхание неотвратимо стремилось коснуться его лица.
Если бы сейчас Гойя взглянул на себя со стороны, то увидел человека с перекошенной от ужаса одной щекой и дёргающимися губами, заворожённо смотревшего на обворожительно красивую обнажённую женщину.
Афина двигалась от пульта управления к Гойя медленно, как будто уверенная в неотвратимости своих чар.
Её шаги напоминали движение змеи, ползущей к своей жертве и на ходу высовывающей из пасти раздвоенный язык. Зрачки сузились на фоне жёлтой роговицы, а веки неподвижно, не моргая, поддерживали эти магические кольцеобразные движения её ног.
Руки с растопыренными пальцами, заканчивающиеся когтями с металлическим блеском, медленно поднимались в сторону Гойя, готовые впиться в тело выбранной жертвы.
В создавшейся ситуации Гойя напоминал запуганного барашка на верёвочке, которому оставалось только заблеять и дёрнуться в сторону, натянув на своей шее удушающую петлю и заметаться вокруг вбитого в пол кола.
Афина остановилась и присела, раздвинув ноги, как бы готовясь к прыжку, но этого не сделала, а начала опорожнять мочевой пузырь на глазах у ошарашенного Гойя, в жизни не видевшего ничего подобного.
Моча сильной струёй, бившая из её стекала на пол, направляясь в сторону патерианца, от чего тот непроизвольно сделал два шага на месте, пытаясь не наступить на приближающийся поток продуктов жизнедеятельности:
- Зря ты отказываешься от моего подарка, ничтожное существо! Попавший в мои руки червь считает за счастье не только пригубить эту бесценную жидкость, как божественный напиток, приготовленный не даже из виноградной лозы, а самим организмом богини Афины. А ты ещё и отказываешься припасть к нему и пить, пить его, глядя с благодарностью на меня, стоя на коленях передо мной. А после этого он получает награду от меня лично – он проводит со мной одну страстную ночь в моих апартаментах и моих объятиях. Ты согласен на эти предложения? – голос Афины звучал завораживающе, от чего Гойя онемел и неотрывно смотрел ей в глаза.
Кожа Афины от таких слов покрылась влажным налётом, исторгающим приятный запах благовоний, вероятно, изрядно опрокинутых на неё служанками или кем-то там ещё.
После утех, полученных в апартаментах Афродиты, Гойя находился уже не в таком боевом мужском состоянии, но, чтобы не упасть в грязь лицом, он приготовил спонтанную торопливую речь о вреде влияния алкоголя на тестостерон и активные попытки её служек предоставить его тело Афине не в совсем потребном виде, а в виде окорочков, и довольно-таки пережаренных. Или в виде задушенного желеобразного субъекта. Ведь твёрдость отдельных частей организма Гойя явно не соответствовала её сексуальным возможностям, кои из неё фонтанируют, как горячие и целительные гейзеры в долине вулканов.
Но тут к действительности его вернул резкий сигнал UBS. Скосив взгляд, Гойя увидел, что его вызывает Джон.
Он встряхнул головой, как бы освобождаясь от влияния медиума, поглотившего его мозг своими чарами, и непроизвольно подумал:
«Да что же это со мной!? Увидел голую бабу, пусть даже на несколько десятков тысяч лет старше себя, и потерял рассудок!» - к тому же голос Джона привёл его в равновесие:
- Гойя, ты что там заснул на радостях, что в птер попал? Ответь, уже три минуты тебя вызываю. Это почти три месяца по твоему календарю!
- Джон! Птер захвачен местными хулиганами, считающими себя богами, во главе с представительницей женского пола, находящейся передо мной совершенно голой. И зовут её, думаю, что ты удивишься, Афина. Может, помнишь, что она к врагам относилась не очень дружелюбно, а просто их убивала? Так вот, я как раз и выгляжу перед ней, как овечка на жертвенном камне. Сейчас моё сердце вырежут и будут пить мою кровь. Что им стоит укокошить одного смертного – они же боги, - к Гойя вернулось чувство реальности и чёрного юмора одновременно.
— Это кардинально меняет обстановку. Я ничем сейчас тебе не смогу помочь. Действую решительно, ведь ты помнишь, как мы вместе давили нечисть на Патере, - и Джон сделал паузу.
- Не волнуйся, дружище, - тут же успокоил его Гойя. - Нам лучше сейчас помолчать и дать мне пару секунд на то, чтобы я остался жив, тогда мы с тобой ещё попьём нашего напитка, - и, высказавшись, выключил UBS.
Квантер безжалостно полоснул по женской наготе, и та исчезла, как её и не бывало, оставив вместо себя кучку пепла и сплавившиеся зёрна металлических ногтей прелестницы.
Да ещё и в дальнем, потаённом углу его души у Гойя щипануло чувство небольшого сожаления о том, что он не смог в реальности воплотить предложения этой добренькой и шустренькой старушки с видом Горгоны. Но вот к предложению испить её личный напиток прозвучал для Гойя явным перебором.   
Оставшиеся двое гиперборейцев, остолбенело застывших перед Гойя, оказались старыми знакомцами – Гефестом и Аполлоном.
Гойя так и хотелось крикнуть:
- Друзья, а где же ваше гостеприимство и прекрасное вино? – но действия Гефеста не располагали к этому, потому что он уже начал поднимать своё огнедышащее оружие, явно не для того, чтобы приготовить глинтвейн, но не успел этого сделать. Квантер отреагировал быстрее, и Гефест отправился на своё место, где без него никак никто не обходился – поближе к своему другу Аи;ду.
«Там вам будет веселее вдвоём» - с вечным своим юмором подумалось Гойя. 
Но и тут не обошлось без сюрпризов.
Огненный смерч обрушился на защитное поле скафандра, от чего внутренности птера начали плавиться. Сработала система пожаротушения, и кабина начала наполняться составом, обеспечивающим безопасность машины. Зазвучал голос AD:
- Просьба покинуть птер! Судно получило повреждение на тридцать процентов! - AD повторял эти фразы по несколько раз.
- AD – максимум для тушения пожара! Аварийный взлёт! Открыть все запасные люки для тушения пожара! Срочно! - Гойя решил идти ва-банк.
- Выполняю! Старший Гойя!
Птер мгновенно оторвался от поверхности, набрал вертикально высоту, при этом все отверстия в его корпусе одновременно открылись, а система пожаротушения успешно сделала своё дело.
При взлёте Гойя схватился за поручни рядом стоящего кресла, пытаясь прикрепить себя к чему-нибудь, чтобы не улететь вниз с быстротой удаляющуюся поверхность.
- Пристегни меня к креслу! - прокричал он AD, безуспешно пытаясь подтянуться и зацепиться ногами за любой выступ.
- Выполнено! Старший группы! – и AD выпустил из кресла оболочку, обеспечивающую безопасность при аварийной посадке, полностью покрывшую Гойя.
Этот действие AD позволило ему остаться в птере, тогда как Аполлон, оказавшись в одиночестве, в последний момент понял, что ничего не сможет предпринять для своего спасения. Он не успел удержаться или зацепиться за что-либо и его выкинуло из птера со стороны открытой аппарели с высоты ста метров.
- Неизвестное тело покинуло кабину птера, – доложил AD о ситуации.
Гойя двумя руками держался за поручни:
- Закрой все створки и снизь скорость подъёма вполовину, - прокричал в ответ Гойя, удерживаемый системой безопасности.
- Выполнено! Старший группы! - также беспристрастно пробубнил AD. 

Птер продолжал лететь в автоматическом режиме, никем не управляемый в воздушном пространстве Гипербореи.
Через некоторое время, пришедший в себя Гойя освободился от защитной оболочки и направился между оплавленных высокой температурой рядов кресел к пульту управления. Первое, что он увидел – это пустое кресло пилота. Сам пилот лежал в углу с вывернутыми внутренностями и не подающий признаков активности. Внутренности пилота выглядели весьма непривлекательно – оплавленные, раскуроченные и частично валяющиеся тут же около его оболочки. Голова пилота также оказалась вскрыта со стороны затылка и в неё вставлены какие-то трубки, идущие к стоящей на полу птера ёмкости с синей жижей.
«Ладно, пусть пока стоит, потом разберёмся, что тут с чем едят и кто кого будет пробовать на вкус», - мелькнула шальная мысль у патерианца.
Он огляделся и задал вопрос:
- AD, какой курс ты сейчас держишь?
- Курс задала женщина, объявившая себя командиром и назвавшая все необходимые данные для осуществления своих полномочий, - как всегда невозмутимо прозвучал ответ AD.
- Можешь показать это на карте? – потребовал Гойя.
- Да, старший группы. Могу. – также бесстрастно ответил AD.
На флэксе, развёрнутом перед Гойя, показался выстроенный курс птера, ведущий, видимо, к центру, где находился Дан с его оставшимися богами. По крайней мере так предположил Гойя и вышел на связь с Джоном. Тот ответил сразу:
- Ну как ты там, дружище? Сильно потрепали тебя эти обнажённые девы из старинных преданий? – шутливо поинтересовался он.
- Удивишься, но пришлось столкнуться с необычными формами не только женского тела, но и оружия, - начал объяснять Гойя. - У них тут, скорее всего, какая-то дурная привычка существует – поджаривать гостей с других планет. Ещё один феномен пока для меня необъяснимый образовался – пилоту нашему черепную коробку вскрыли и оттуда перек;чивали каким-то нам неизвестным способом информацию. Смотри, на флэкс тебе отправляю, – Гойя проделал несколько манипуляций на своём UBS, подождал несколько секунд и поинтересовался: - Видишь?
- Вижу, дружище, вижу! – задумчиво ответил Джон, а когда подробнее рассмотрел картинку, с облегчением вздохнул: - Рад, что ты жив остался.
- Представляешь, что бы они могли с нами сделать, если бы понадобилось что-нибудь им узнать от нас, - и Гойя показал всю панораму произошедшего внутри птера.
- И что ты решил? – тут же поинтересовался Джон, но неприминул укорить Гойя. - Лезешь прямо в пасть и в гадюшник этих роботов. Поэтому я очень беспокоюсь, что они анатомируют или препарируют тебя безо всяких усилий. Может быть, у них там в бункере целая коллекция таких как ты, дружище? Стоя;т такие, как ты в спецрастворах в стеклянных цилиндрах – смотрите, мол, все! Это те, кто хотел нас уничтожить! Вот они там внутри, а мы здесь снаружи любуемся ими! А ручки-то вот они! -  чувствовалось, что Джон явно не желал, чтобы Гойя рисковал своей жизнью.
- Не волнуйся, Джон. Меня два раза жарили, один раз хотели удушить, но ни у кого это не получилось. Думаю, что и в этот раз у них ничего не получится. Ведь кроме меня никто не сможет пройти напрямую к Дану, чтобы освободить наших трёх заблудших.
- Ты бы не хорохорился, дружище. Мы не знаем, какие ещё скелеты в шкафу у них припрятаны. Будь осторожен и оставайся всегда наготове. Я контролирую твоё передвижение, а если получу от тебя сигнал на поражение, то буду стрелять незамедлительно в ту точку, куда ты укажешь. Я в поддержку тебе уже отправил три птера с десантом в сто эко-солдат. Шаттл постоянно находится в небе и в любой момент готов открыть огонь. У меня ещё какие-то непотные события происходят с аннунаками. Там Нинги;р с местными аборигенами какие-то связи налаживает, но не всё так просто. Я пока не вмешиваюсь в его действия, только наблюдаю, но думаю, что там добром не кончится. У меня от него сейчас какой-то тревожный вызов идёт. Я ему отвечу, потом будем понимать, что делать дальше. – Гойя знал, что слова Джона никогда не расходятся с делом, поэтому спокойно выслушал всю информацию от него.
- Ладно, давай я для начала подберусь к этому кублу, а потом посмотрим, из чего они состоят. Отбой! - Гойя выключил связь, не дождавшись, что ему ответит Джон.

Птер продолжал свой полёт, сканируя пространство, и AD определил, что обещанные командиром три птера уже направлялись в его сторону, но они находились очень далеко от него, чтобы Гойя смог бы одновременно организовать высадку, о чём и сообщил старшему группы.
- Я понял тебя. Сейчас подумаем, что делать, - но Гойя интересовал один нюанс во всех произошедших перипетиях, поэтому он задал вопрос AD. - Хотел тебя спросить, а как удалось Афине так безболезненно и без сопротивления захватить птер? Что произошло? – этот болезненный вопрос не давал ему покоя.
- Ты можешь посмотреть архив, - монотонно начал объяснять AD. - Там всё видно. Но коротко скажу, что женщина и её два спутника пришли в сопровождении Стилу; и Кре;но. Они сообщили мне, что ты отдал распоряжение передать управление птером женщине, показав при этом на флэксе, как ты это лично говоришь, что теперь группой командует Стилу;, которая тут же распорядилась, чтобы пилот шёл именно по этому курсу, – AD замолчал, а Гойя не мог поверить в услышанное.
- Покажи, когда это произошло, – сдавленно запросил он у AD, и через несколько секунд уже видел себя, Стилу;, Кре;но и произошедшие затем события, в точности, услышанные им ранее.
- Если бы я сам этого не увидел, я бы посчитал, что это случилось не со мной, а с кем-то другим. Или, как вариант, эти боги могут создавать клоны и манипулировать ими, как им захочется. В этом случае многое становится понятным, почему они считают себя неуязвимыми – они сами являются искусственными созданиями и могут создавать себе подобных. Не факт то, что сами боги существуют, может быть это плоды, созданные пришельцами, посетившими нашу планету ранее и оставившими здесь свой форпост с интеллектом, контролируемым ими. А может это плод моего уставшего воображения. Как ты считаешь? – Гойя уже разговаривал с AD, потому что ему хотелось вслух выразить свои мысли.
- Ты хочешь знать моё мнение или просто разговариваешь сам с собой? – поинтересовался AD.
- Хочу услышать твоё мнение, так как ты напрямую с ними контактировал в сложной психологической ситуации, к чему, вероятно, ты оказался неподготовлен, - продолжал выяснять Гойя.
- Ты прав. Мой уровень принятия решения на птере весьма ограничен, но я связывался со своим коллегой на станции, и мы обменивались информацией друг с другом, что позволило мне сделать несколько выводов. Поэтому, старший группы Гойя, можешь принимать или не принимать мои слова, что остаётся только твоим правом. Соображения, высказанные тобой, не лишены смысла и с метаморфической точки зрения ты прав. Но это философия, а я руководствуюсь тем, что увязываю события и произвожу вероятностные расчёты, исходя из этого я прогнозирую и передаю свой прогноз вам для принятия решения. В данности твои умозрительные заключения имеют коэффициент математического ожидания 0.63, что является весьма высоким вероятностным показателем. Осталось дело за малым – тебе надо самому проверить свою же версию. У меня нет весомых доказательств, чтобы опровергнуть твои предположения, – высказавшись, AD замолчал.
- Ну что же. И на этом моё мерси вам с кисточкой, как говорил мой бывший командир. Кто-то может увидеть звёзды в луже, а кто-то только лужу, – Гойя церемонно поклонился перед невидимым собеседником.
- Твои шутки говорят, что ты в здравом уме и способен к критичным действиям, – и Гойя представил себе, что если бы у AD была бы улыбка, то он бы смог её сейчас увидеть.
- Тогда вот моё решение, - заявил Гойя. - Мы летим по выложенному курсу и приземляемся в указанной точке. На связь не выходить и ни с кем не общаться после приземления. Группа десантников на птерах должна находиться в воздухе до моей команды на захват или атаку. По приземлению – действуем по обстоятельствам. И никаких математических ожиданий! Все ожидания впереди, – с этими словами Гойя сел за пульт птера и включил ручное управление.

Дан сидел в своём удобном троне под знаком розы и слушал оставшихся с ним соратников. Их осталось девять, четверо из которых вообще никак не могли повлиять на ход событий, но могли оставаться хорошими советниками. Место, выбранное их покровителями и создателями, выбиралось не случайно и находилось оно на глубине недалеко от верхней точки Земли, там, где температура всегда оставалась предельно комфортной для осуществления безопасного контроля развития планеты, как под землёй, так и на поверхности - в воздухе и океанах.
- Жаль, что мы потеряли таких нужных сейчас Афину, Гефеста и Аполлона, – начал говорить ;рес, потому что уже имел прямые контакты с пришельцами, и ему не очень хотелось опять потерпеть фиаско, так больно ударившее по его имиджу непобедимого воителя Олимпа.
- Да. В этом ты прав, - согласился с ним Зевс. - И нам нужно время для того, чтобы мы смогли вернуть их из твоей страны, Аид, - обратился он к богу царства мёртвых, - а у нас времени на это нет. Для того, чтобы вернуться из твоих объятий нам понадобится сорок дней, которых у нас нет. Посейдон сейчас занят более важными делами, ведь если он не остановит наступление льдов из-за потери так нужного нам тепла и питания к нему, то мы все здесь погибнем. Нам не смогут помочь те силы, которые мы смогли включить издалека, о чём очень мудро позаботились наши создатели. Аид, - продолжил Зевс, - ты продолжай заниматься тем, что находится под землёй в далёких от нас горах. Если ты сможешь подать больше тепла оттуда, то мы спасены. Пока мы не можем передать больше света к нам сюда. И это хорошо, что наши враги не знают, где расположен основной источник. Поэтому у нас есть время, а время сейчас – главное для нас. Я рассчитывал на то, что экспедиция, отправленная мною в далёкие страны, должна уже прибыть на указанное мною место и включить главное питание на противоположном полюсе планеты, но от них нет никаких известий и Геракл молчит, что сильно меня волнует, – Зевс замолчал, глядя на своих соратников, а затем озабоченно продолжил:
- Гера, ты должна сегодня указать Гарпократу , чтобы он обеспечил полную безопасность нашего существования всеми возможными средствами. Я сказал всеми, и это значит, что мы должны ударить по надоевшей мне новой звезде, откуда исходит всё зло для нас сейчас.
- Будет исполнено, о всемогущий Зевс! – смиренно подчинилась она.
- Афродита, а тебе будет особое задание, – Зевс строго посмотрел на строптивую подругу, и та напряглась, - ты должна обольстить этого спешащего к нам чужеземца. Уложи его в постель, притащи этих троих его соплеменников и делай всё, что ты посчитаешь нужным для того, чтобы обезвредить этого наглеца, посмевшего посягнуть на нашу жизнь.
- Я сделаю всё, как ты скажешь, но позволь мне самой решать, куда с кем и когда мне кого-то тащить в постель, - независимо ответила Афродита, оставаясь самой собой в любой ситуации.
Дан хмыкнул, и развёл руками:
- Ну, тогда с тебя я спрошу втройне, если ты не добьёшься результата. И твоё существование не продлится более отведённого тебе времени в рамках жизни смертного. Таковы мои условия, - подвёл он итог своим словам.
От такого заключения у Афродиты вспыхнула от чего даже покраснели её щеки:
- Не ты выстраивал наши жизненные рамки, и не тебе их отменять,– гордо заявила красавица.
Пререкания и взаимные упрёки могли бы и дальше продолжиться, как это случалось ранее, и Зевс в порыве ярости мог натворить всяких чудес, но их спор прервала Деметра:
- Не стоит тратить время на выяснения личных отношений. Я думаю, что спор сейчас неуместен, а мы должны быть едины в нашей решительности, - ровным голосом без эмоций заявила она.
Зевс взглянул на Деметру хмурым взглядом и беззлобно пробурчал:
- Вы, женщины, как всегда едины тогда, когда хотите мне насолить. Ну, ладно. Не будем тратить время. Гера, - он вновь обратился к покровительнице браков, - не забудь моих слов, - при этом он по очереди показал своим жезлом на Афродиту и Геру, тем самым предупреждая их о последствиях.
На этом они закончили споры, сопровождавшиеся обильным употреблением вина и фруктов, и разошлись, кто в ожидании развития событий, а кто для выполнения требований Зевса.

Птер Гойя приближался к цитадели окопавшихся в подземелье соперников, но пока не врагов, а только соперников, потому что, как испокон века известно, если враг не сдаётся, то его уничтожают. Но до этой степени противостояния двух цивилизаций ещё не дошло. До неё оставался всего лишь один шаг. И кто первым сделает этот шаг, тот и будет агрессором, но Гойя не хотел первым сделать этот шаг.
Он считал, что всё ещё можно преодолеть путём переговоров, а не попытками уничтожить друг друга, поэтому он и рвался к Дану, чтобы обсудить с ним все предъявляемые претензии и вызволить из его «дружеских объятий» своих учёных и их ребёнка.
Эти мысли не позволяли Гойе думать иначе, ведь он воспитывался в другом обществе, другой цивилизации и не мог мыслить по-другому.
Он не готовился к вооружённому противостоянию, а думал только о Дане с его лучшей стороны, которую он наблюдал при первой встрече. Чем ближе он находился к точке приземления, тем тревожнее становилось у него на душе, поэтому он связался с капитаном шаттла Винтером:
- Капитан, приветствую тебя! – бодро поприветствовал он капитана.
- О! Дорогой Гойя, давно тебя не слышал! – радостно ответил Винтер. - Как ты добрался до цели своего путешествия и что нового ты мне хочешь поведать?
- Капитан, насколько я знаю, командир дал тебе распоряжение поддерживать меня в этом опасном противостоянии с местными «хулиганами». Верно? – уже серьёзно начал говорить Гойя.
- Да. Поэтому я и спрашиваю тебя, как ты добрался? – уже серьёзно продолжил Винтер.
- Мне ещё минут пятнадцать лететь, но я не вижу никаких препятствий на своём пути, поэтому я ещё не добрался к своей точке посадки. У меня просьба, - начал объяснять цель своего вызова Гойя.
- Какая? – обеспокоенно задал вопрос Винтер.
- Ты через пятнадцать минут можешь быть в зоне моего приземления и прямого воздействия твоих орудий и купола безопасности, - начал излагать свой план Гойя. - Задействуй их, пожалуйста, для гарантии моего пребывания в этом месте, когда мне понадобится и я дам тебе сигнал, который тебе известен. У меня очень нехорошие предчувствия, и это единственное, чем я могу руководствоваться именно сейчас. Меня эти предчувствия редко подводят, - обеспокоенно поделился Гойя.
- Да, я, конечно, это сделаю, и я помню какой сигнал нужно принять, чтобы задействовать возможности корабля, - подтвердил свою готовность о помощи Винтер, - но тут же усомнился: - Но, наверное, ты оговорился, и я буду не через пятнадцать, а через двадцать четыре минуты в точке досягаемости орудий шаттла. Или у тебя неверные данные моего местоположения?
- Странно, - Удивился Гойя. - А сколько у тебя сейчас на часах?
- 15:41 по времени звездолёта «Il Trailblazer», - чётко отрапортовал Винтер.
- А у меня 12:28 по времени нашего звездолёта, – медленно и с расстановкой произнёс Гойя.
- А это возможно, - не удивился такой разнице Винтер. – Это значит, что на территории, где ты находишься, время течёт медленнее. Но за счёт чего это происходит? А в этом, я думаю, надо разбираться нашим учёным собратьям. Наши часы не могут ошибаться, - сделал он твёрдое заключение.
- Хорошо, – согласился с ним Гойя, потому что с этими временными скачками он сталкивался уже второй раз за время пребывания на территории Гипербореи. - Теперь мы понимаем разницу во времени, поэтому займёмся выяснением этих странностей позже, а сейчас я продолжаю двигаться к посадочной точке, а ты, капитан, сделай, пожалуйста, расчёт точного времени нашей встречи. Человек рассчитывает на тысячу лет, а чёрт хлопает в ладоши и смеётся, как говорили древние мудрецы, – и Гойя улыбнулся, пожелав Винтеру: - До встречи, капитан!
- До встречи, будь в контакте со мной, дорогой. Я верю в твои возможности. – Сказав это, Винтер отключил связь.

Гойя приближался к архипелагу, в котором один из островов отличался от других тем, что на нём находилась гора.
Морская волна билась о прибрежные скалы, белой пеной обдавая их, а затем постепенно оседая, оставляла свои воды на выброшенных на сушу водорослях и откатывалась назад, чтобы снова и снова накатить, продолжая бесконечную атаку твердыни Гипербореи.

Чем ближе птэр Гойя подлетал к острову, тем явственнее становилось, что гора представляет собой потухший вулкан, а координаты точки посадки находились в центре его жерла. Сложность предварительного определения места посадки связывалась с тем, что даже за время нахождения звездолёта на орбите, полюсам, что южному, так и северному, уделялось мало внимания.
Команда звездолёта полностью обследовала поверхность Земли от 56 градусов северной широты до 33 градусов южной широты, включая экваториальную часть планеты, и составила её детальную карту.
Гойя постоянно вручную мониторил всю пролетаемую территорию, но, к своему удивлению, не видел никаких препятствий, что сильно его удивляло.
Наконец он завис над жерлом и увидел чётко обозначенное место посадки для летательных аппаратов с выложенными плитами и ограничителями, и местами парковки для них.
Гойя с включенным полем безопасности завис над площадкой, осматривая её на предмет оружия и неожиданного удара. В этом процессе также участвовал AD, но и он не мог обнаружить ничего особенного. Неожиданно Гойя вспомнил, как на инопланетном звездолёте, где погибла София , на мостике корабля существовала система безопасности в виде открывающегося пола.
- AD, проверь имеются ли пустоты под посадочной площадкой, – от ожидания результатов сканирования у Гойя перехватило дыхание, а сердце зачастило ударами.
- Под площадкой обнаружена полость глубиной сто двенадцать метров и размером по площади 9,756 квадратных метров, - начал докладывать AD. - Посадка на данную площадку может привести к уничтожению нашего летательного аппарата. На площадке не замечено движения какой-либо техники и людей. Я делаю вывод – нас никто не ждёт, но наш прилёт небезопасен.
- Ну, и что же ты предлагаешь делать? – удивился Гойя бездействию AD. - Так и висеть в воздухе и ждать, когда кто-то может здесь зашевелиться? Я в настоящий момент вижу только ровные стены кратера, хорошо обработанные, где нет ни одного блока, имеющего возможность сдвинуться с места, нет и дорог из кратера. Может быть, эта дыра глубиной более ста метров оборудована каким-нибудь лифтом, или чем-то позволяющим не провалиться просто в яму, а на платформе плавно опуститься вниз? – начал рассуждать Гойя.
- Механизмы, присутствующие в отверстии, действительно существуют, я могу продемонстрировать внутреннюю структуру и вывести их на флэкс, - бесстрастно отреагировал AD на его рассуждения.
- Так что же ты раньше этого не сделал? – возмутился Гойя.
- Такая задачи передо мной не озвучивалась тобой, старший Гойя, – с обиженными нотками прозвучал ответ AD.
- Подумаешь, какие мы обидчивые! – фыркнул Гойя. - Прямо, как Афродита на выданье.
- Не знаю, как себя чувствовала Афродита перед свадьбой с Гефестом, но то, что она часто ему изменяла, и в том числе с ;ресом – это известно всем, даже мне. А вообще то мне не известны эмоции молодых девушек перед свадьбой, – Продолжал обижаться AD.
- Ладно. Может шарахнуть квантером по стенам этого анального отверстия? Как ты думаешь? – предположил Гойя.
- Если произвести выстрел, то лучше не по стенам, а по перекрытию ямы. В этом случае у нас есть шанс проникнуть во внутреннюю структуру этого сооружения, - согласился с ним AD.
- Точно! – обрадовался Гойя. - И что я раньше об этом не подумал? – и, как бы невзначай, сделал реверанс в сторону AD, но ответной реакции от того не последовало:
«Значит обиды прошли» - подумал он.
- Выбери безопасную дистанцию и открывай огонь, - приняв решение атаковать, скомандовал Гойя. - Попробуем зайти без приглашения, взломав дверь. Может хозяевам покажется это некультурным, но у нас другого выхода нет, - как всегда чёрный юмор никогда не оставлял Гойя.
- Выполняю! – тут же отреагировал AD.
Птер начал резкий подъём, что вдавило Гойя в кресло:
- Полегче нельзя? – недовольно пробурчал он.
- Надо быть пунктуальным во всех сферах общения, – в том же тоне отомстил ему AD и доложил: – Мы в безопасной зоне для огня.
- Проверь, где шаттл, как только он появится, сразу открывай огонь! – продолжил командовать Гойя.
- Выполняю. Шаттл через две минуты будет в зоне активности, - отреагировал на приказ AD.
— Вот это как раз то, что нужно. – облегчённо выдохнул Гойя и продолжил отдавать команды: - Дождись, пока купол не накроет нас, хотя наша защита и так сильная, но я не знаю возможностей этих богов, а после этого стреляй сразу изо всех орудий птера.
- Выполняю. Ты уже начинаешь повторяться Гойя, – опять съязвил AD.
На это высказывание патерианец не отреагировал, а ждал, когда можно будет по-настоящему действовать.

Дан внимательно наблюдал за действиями летательного устройства пришельцев. Он понял, что уловка с посадочной площадкой не удалась, и его оппоненты оказались не такими простыми, как он себе представлял после первой встречи с ними.
Зевс привык играть и интриговать всё своё время, пока он находился на Олимпе и это ему хорошо удавалось среди себе подобных, но он не подозревал, что могут быть и другие формы управления.
Ему в его сознание закладывалось две вещи, от которых он не мог отступиться и у него даже не хватило решительности преодолеть эти искусственно созданные его создателями барьеров – управляй, и жестоко управляй. Он по-другому не мог мыслить.
Но тут перед ним возникла задача, которую ни он и никто другой не мог решить – как управлять пришельцами, появившимися не вовремя, если он не смог их поставить на колени всеми средствами, которые у него имелись до этого.
Напротив, он сам оказался на гране уничтожения, что никогда с ним не случалось. Ведь уничтожив источник энергии, он перестанет функционировать сам и перестанут функционировать его приспешники.
Даже предпринятые им меры уже не находили должного ответа, потому что молчал Геракл. От него он ждал ответа, так как не знал, достиг ли Геракл точки на Южном полюсе, где находился второй источник энергии или нет. Запустив его, он смог бы безопасно владеть всей планетой. А сейчас он находился в неведении и из-за этого он не мог предпринять решительных действий.

Конец одиннадцатой главы