Давай оставим все как есть... - продолжение. 6

Запомнились тогда слова профессора о третьем в танго. Он понимал пагубность для любимой любого изменения в её жизни. За сорок девять лет нашего брака мы слились в единое целое. Немного сладковатый аромат её тела сводил меня с ума. Я чувствовал его подсознательно и мог распознать среди тысячи других. На дух не переносил запахи других женщин и никогда ни с кем не танцевал. Сама природа свела нас с любимой, мои наслаждения были бесконечными. Покупал разный парфюм для неё, но ни один из них не мог сравниться с ароматом её тела.

Любил ранние утренние часы, наслаждаясь запахом её волос, солоноватостью губ. С первых наших дней мало что в ней изменилось, оставался мягкий цветочный аромат, а к сорока годам аромат её тела приобрёл лёгкий ванильный запах с тонкими фруктовыми нотками. Замечал и её тягу к моему телу, она любила положить голову мне на плечо и уткнуться лицом в шею, стараясь не шевелиться. Её дыхание становилось глубоким. Её руки творили со мной чудеса, от их прикосновения меня кидало в пучину сладострастия.

Видимо, и друга моего покорил аромат её кожи. Он подолгу держал её ладошку при встречах, прикасаясь губами. И тогда пропадала грустинка в его зеленоватых глазах, лицо преображалось, озаряясь улыбкой. Видел я это и сильно ревновал любимую, но прощал ему эту слабость, понимая его право на влюблённость в кого угодно, даже в мою Наденьку, которая относилась к нему по-дружески, без кокетливых ноток.

Тяжёлое это было время для нас с любимой. Профессор иногда заезжал к нам по дороге домой за сто двадцать километров от клиники. Засиживались допоздна, и тогда он уезжал в гостиницу при клинике, где для него был закреплён номер.

Однажды мы с ним здорово перебрали. Куда его было отправлять в таком состоянии? Наденька уже спала. Квартира у нас большая со спальней для гостей, из которой был выход на большую лоджию с видом на город. В саду у дома много роз было посажено нами, мы и ухаживали за ними с любимой, их аромат всегда наполнял квартиру.

Он стал говорить о своих чувствах к нам обоим. Получалось, что любил он не только жену мою, но и меня, с первой минуты, как увидел нас вместе. Объяснял это необычностью наших отношений, видимых невооружённым взглядом. Говорил, как хочется ему сохранить память моей любимой, чтобы дать возможность продлиться нашей любви, и это стало для него важнее его собственных чувств, а любование нашей любовью наполнило его жизнь новыми ощущениями и настоящим смыслом. Любил слушать песни, исполняемые мною на русском языке, сердцем понимая грустные ноты в них. Состоявшийся во всех смыслах мужчина, но такая тоска непроглядная в глазах. Женщины вокруг хороводы водили, а он их в упор не замечал...

В один из дней декабря 2012 года, в преддверии нашего золотого юбилея, я проходил плановое обследование по прооперированной поджелудочной, и была выявлена онкология другого органа, давшая метастазы в лимфу, правое лёгкое и костные ткани. Меня охватил ужас.

Как сказать любимой? Она только-только перестала терять сознание, МРТ не совсем благополучное, а вернее сказать — совсем неблагополучное. Сделал себе дополнительно биопсию — стопроцентное подтверждение онкологии.
Решил повременить с разговором.

Все заключения положил в свой стол, не опасаясь, что увидит. Она у меня из тех женщин, которые по карманам не шарят, телефоны не проверяют, на полном доверии я у неё. Новый год наступал, наш самый золотой день. Забронировал номер в лучшей гостинице у Мёртвого моря на пять дней. Те пять дней в памяти до сей поры. Прощался я со своей любимой, вроде медового месяца устроил. Прекрасные пять ночей, наполненные любовью и нежностью. Днём — бассейны, сауны, вечером — рестораны. Дискотека с танцами в новогоднюю ночь.

Много аплодисментов мы с ней получили за наши танцы. Подходили незнакомые люди, чтобы высказать восхищение, а узнав о праздновании нами золотого юбилея, бежали за бокалами шампанского. И не верилось им, глядя, как мы вальсируем, что прожили мы вместе пятьдесят лет. Не бывает мёд без дёгтя... На четвёртый день к нам подошёл уролог, проводивший моё обследование, и ехидненько заметил про мою чрезмерную активность при такой тяжёлой онкологии.

Вернулись домой, Наденька взяла все мои результаты обследований и засела за компьютер, чтобы быть готовой к разговору у уролога. Тяжёлый это был разговор. Не было проблемы с языком, он знал русский с рождения, но понимали мы его с трудом. Он предлагал обойтись без операции, лишь наблюдение у него. Этого хватило бы на пять лет жизни, а при моём возрасте в семьдесят три года выходило почти восемьдесят лет жизни.

Весь 2013 год любимая добивалась от больничной кассы разрешений на проведение лечения. Друг мой был в Штатах. Там шла разработка новейшего препарата по заболеванию любимой, и он ждал результатов клинических испытаний. Я его не торопил и о своей проблеме не говорил.

Автор В.А.Опескин.
Дневниковые записи. 2026 год.
Тебя нет с нами, Любимый!