Плакса и нытик. Глава из Рассказок про Андерсена

Ханс-Кристиан плакал от неописуемого чувства на представлениях заезжих  театров. В действах самодельного кукольного театрика непременно находилась трагичная роль с рыданиями и стенаниями. Плакал отчаянно, когда Йонас Коллин швырнул с досадой пьесу Ханса-Кристиана: из-за грамматических ошибок не разглядеть сюжета. А когда разглядел и удивился образу мышления юноши, и выхлопотал стипендию для учёбы в гимназии — новоиспечённый школяр рыдал от неведомого в его жизни чувства благодарности за участие в его судьбе. «Он был тем, кто понял меня и сделал всё, чтобы я мог развиваться...» « Без него я бы погиб в Копенгагене» Эти записи в дневниках орошались слезами не только благодарности, но и от тяжёлых воспоминаний о школьных годах.
Услышав впервые в опере голос Йенни Линд, Андерсен не смог сдержать слёз. И через годы в «Сказке моей жизни» повторяются эмоциональные записи: «Я слушал её — и слёзы текли у меня из глаз...её голос трогал самую глубину моей души». Со слезами переживаний признался ей в своих чувствах — в слезах отверженного убежал от вымученного объяснения Йенни «я не люблю вас». Зло плакал, прочитав в газетах сообщение о замужестве оперной дивы с музыкальным партнёром, дирижёром и композитором Отто Гольдшмидтом…
...Когда полоскали вместе с мамой бельё в реке и мальчишка быстро замерзал в студёной воде, он прыгал по камням чтобы согреться, но Анне некуда было деваться. Оставалось одно — горячительное, за которым посылался Ханс-Кристиан. Слёзы стыда текли уже в аптеке, где аптекарь вздыхал по поводу пропащей женщины, а на берегу или на камне посреди реки сын горько рыдал, уткнувшись в свои колени. Мама делала глоток за глотком, холод воды отступал. Резкий шнапс, дешёвый, с сильным запахом то картофеля, то зерна. Напиток не удовольствия, но быстрого забвения. Но Ханс-Кристиан не забудет этот запах никогда.
В один из самых исповедальных моментов в жизни, когда будет стоять один в римской Кампаньи — с видом на древний город, на руины великой империи, Ханс Кристиан Андерсен будет декламировать стихи об одиночестве. По собственным воспоминаниям, он вслух декламировал датские стихи, чтобы:
услышать родной язык, вернуть себе чувство дома, справиться с одиночеством. И слёзы приходили, потому что в датском языке звучали родина и мать.
...А в богадельне Оденсе читали вслух сказки «нашего Ханса-Кристиана». Что чувствовала, о чём думала одна из доживающих здесь свой скорбный век — Анна-Мари Андерсен, его мама?..