По краю легенд и озёр 5 ч. Цикл Окно в Прибалтику

Из цикла "Окно в Прибалтику"

Начало 1 ч.
http://proza.ru/2021/09/16/840
Предыдущая 4 ч.
http://proza.ru/2021/12/25/1930



                Так получилось, что к Молетскому  направлению мы возвращались ещё несколько раз, и каждый раз открывали для себя что-нибудь интересное  .  И вот сейчас, в июле 2026  года, один  знакомый посоветовал  нам новый вариант  «самосбора» клубники на Молетском направлении - в два раза ближе ехать, чем в Укмерге, куда мы обычно ездим,  и ягода дешевле стоит. Поскольку он даже успел съездить  и остался доволен , порекомендовал нам.  Вот и мы решили  освоить новые места.  Тем более, что в этом  хозяйстве предлагалось не только собирать клубнику, но и съедобную жимолость, а это уже было что- то новое, ещё неиспробованное . Так почему бы не попробовать?  Ну и   конечно,  как всегда, ознакомиться с  окрестными достопримечательностями, которые мы пропустили во время прошлых  поездок в этом направлении .   

            Дорога до деревни Пабярже, которую мы обследовали пять  лет назад (см. первую статью этого цикла http://proza.ru/2021/09/16/840) всего 28 км , пролетает совсем незаметно,  еще несколько километров - и вот он поворот в поля . И впереди расстилается восхитительная ширь и даль.  Жвировка, а потом вообще узкая грунтовая, а местами просто проложенная по траве дорожка. Вокруг поля,  засеян каждый клочок - нигде не остановиться отдохнуть на ничейной земле. Рожь, пшеница, овёс, рапс … Прямо по-шишкински  смотрится одинокая большая берёза возле уходящей  вдаль бескрайного поля дороги.  Какая  красота! Кое-где разбросаны островки деревьев и   редкие постройки – хутора.  Но навигатор помог нам сориентироваться  во всех этих поворотах между полями , и мы довольно быстро добрались до нужного места.

               У этого фермера немалые владения , а на подъезде среди деревьев символические  ворота из деревянных перекладин. Никакого жилья  тут нет – только вагончик, значит хозяин сам  бывает здесь только наездами, вот почему было непросто согласовать с ним время приезда.  Посевы поливаются из двух небольших прудов, повсюду проложены трубы системы полива. Для защиты от гниения проложена мульча, выстелена пленка. Ягодник очень хороший, кусты высокие , молодые, ягоды крупные и изумительно вкусные, ароматные.  И много их.  Но, к сожалению, всё равно гниют и портятся – две недели сплошных дождей сделали свое вредное дело.  А собирать некому  -  кроме нас на площадке еще всего лишь  1-2 машины, и то эти люди уже закончили собирать и уезжают.  Вот потому на рынке цена зашкаливает – местная клубника 7,50 евро и выше за кг.  Собирать некому – поэтому то, что удаётся собрать , хозяева продают дорого, чтобы как-то компенсировать затраты.  Довольно быстро набрав нужное количество   клубники, переходим к плантации жимолости. Хозяин показывает нам  кусты. Особо не разгонишься – ягода очень дорогая – собрать килограмм стоит  8 евро.    Просто купить   ещё дороже, но на рынке мне она вообще не попадалась. Собирать жимолость нетрудно, можно сесть на стульчик и «доить» куст . Ягоды легкие, продолговатые, тёмно-синие с беловатым налетом , на вкус с легкой горчинкой (забегая вперед скажу, что полежав в холодильнике, ягоды стали ещё вкуснее, горчинка пропала , а сами ягоды не испортились за неделю, пока мы их ели ). Любопытное дело –оказывается существует много разновидностей жимолости, но только эта, с продолговатыми тёмно-синими, „сизыми“ плодами пригодна в пищу  и очень полезна. А жимолость с круглыми ягодками  красного, чёрного , жёлтого цвета ядовита, называют их волчьи ягоды.               
               
         Несколько часов, проведенных на плантации, доставили удовольствие – собирать было не утомительно, мягкая, очень комфортная погода, свежий воздух, и эта восхитительная ширь – всё это было замечательно. Да и ягод напробовались вдоволь  – тут они без химии, можно не мыть и кушать.   Единственно – очень уже проголодались. Но расположиться и перекусить   на полянке возле плантации было невозможно – хозяин собирался уезжать и закрывать ворота.  По дороге между полей   тоже невозможно   было нигде    остановиться – посевы подходят прямо к дороге, ни одного съезда или широкой обочины. Поэтому мы выбрались на шоссе и тут же увидели указатель на коричневом фоне (так обозначают туристические объекты) – направление к усадьбе в деревне Глитишкес.  Этот исторический объект мы давно хотели посетить.  Здесь, в старинном парке, в тени высоких деревьев на берегу большого и очень живописного озера мы смогли подкрепиться и даже искупаться.

               Старинное имение в Глитишкес упоминается в иcторических источниках ещё  с   1483 года, за долгую историю не раз менялись его владельцы, важные сановники Великого Княжества Литовского и Республики Двух Народов.  Последними его хозяевами с 1756 года стал   знатный род   Еленских, владевших имением вплоть до начала Второй мировой войны в 1939 году. (Что интересно, фамилия Еленский в немецких источниках упоминается как Hirsch (олень), а потом, видимо,   ополячилась.)

              Теперешний дворец неоготического стиля был построен в 1860 году, его, как и другие постройки усадьбы , спроектировал архитектор Аугустинас Косакаускис.   Последнего владельца имения, Казимира Еленского, постигла трагическая судьба  -  в 1943 году он погиб в нацистском концлагере Аушвице.

               Помещичье имение было паливарком – так в феодальной Средней и Восточной Европе называли часть имения с усадьбой, хозяйственными постройками и обрабатываемыми землями. Здесь сохранились ценные хозяйственные постройки – конюшня, ледник, официна (контора), свинарник, винокурня и др. Во время обеих мировых войн в этих краях   происходили боевые действия. Во время Первой мировой войны усадьба, хоть и была разграблена, но сохранилась, хотя при наступлении немцев был отдан приказ имение сжечь. Но этого удалось избежать.  Во время Второй мировой войны здесь снова хозяйничали немцы, которые по словам местных жителей, во дворце устроили тюрьму и  гнали спирт. После войны здесь работали колхозные конторы, школа, кино. А с 1996 года – культурный центр, филиал этнографического музея, художественные мастерские, библиотека и другие учреждения культуры. В 2019- 2023 году была произведена реставрация комплекса, и можно только порадоваться за местных жителей, получивших такой замечательный красивый   объект культуры.

           Мы осмотрели дворцовый комплекс только снаружи – уже было поздно, дворец был закрыт. Рядом с дворцом возле спуска к озеру Ширвис растёт знаменитый Глитишский дуб – высота его 25 метров, а охват более 7 метров. Могучее красивое дерево.   Местные жители  предполагают, что дереву полторы тысячи лет. Еще в 1965 году исторический дуб был объявлен памятником природы республиканского значения.

           Подумалось – а хорошо всё же жилось помещикам здесь.  Прекрасный дворец с парком, старинный дуб, живописное большое озеро прямо у дворца.  Хозяйничай, живи да радуйся, казалось бы. Если бы не проклятые войны.

            Для того, чтобы выехать на шоссе мы  проехали через саму деревню – в советское время здесь построили какое-то количество многоквартирных небольших 2-3 этажных домов, есть школа, детсад, медпункт. И вот теперь, после реставрации -  шикарный культурный центр.

          А на выезде из деревни, в 100 метрах от шоссе – ещё одно скорбное место, история которого не очень  широко известна. Я узнала о нём во время поездки, описанной в предыдущей 4-й части этого  цикла, я должна была побывать здесь.    Рядом с небольшой парковкой за оградкой высокий крест, по бокам – ровные два ряда одинаковых крестов, на каждом из которых повязана ленточка цветов польского флага – бело -красная.  И надпись на литовском и польском языках – «Здесь покоятся жившие в Глитишкес поляки, убитые 20 июня 1944 г.», а также список имён погибших. Сорок крестов…  Никакого стенда и другой информации о трагедии нет. Но местные знают.  Литовские и польские источники по-разному расставляют акценты в повествовании об этой трагедии, ставшей апогеем возникшего ещё в начале ХХ в. раздора между литовцами и поляками.
 
                А события здесь развивались так.  После революции в России между новообразованными государствами Литвой и Польшей в 1919 г. вспыхнул военный конфликт за спорные территории, унесший много жизней с обеих сторон и закончившийся в 1920 г. по требованию Комиссии Лиги Наций  (оказывается, и так можно было). Как раз, в этих местах , в десятке километров в сторону  Молетай в те годы происходили ожесточенные бои. На воинских кладбищах Виленского края  большие территории уставлены такими же крестами, повязанными польскими ленточками.  Это всё солдатские могилы - "вечные казенные квартиры" , как в песне Б.Окуджавы.  Демаркационная линия тогда разделила не только соседние  территории, но и тесно переплетенные  человеческие судьбы. Эта приграничная деревня отошла Польше.  Два межвоенных десятилетия пролетели, и сюда снова пришли времена потрясений. В 1939 году территория этого края была передана СССР в состав Литвы, что, несомненно, вызвало обострение межнациональных противоречий.  А потом сразу началась война. Нацистскую оккупацию  население по обе стороны границы восприняло по-разному.  Но на территории довоенной Польши  действовали польские партизаны Армии Крайовой, воевавшей на стороне антигитлеровской коалиции и пользовавшейся поддержкой местных жителей, а также советские партизаны и еврейские партизаны, сумевшие вырваться из гетто.

              Администратором поместья немцами же был назначен Владислав Комар, который тайно обеспечивал продуктами и кормами для лошадей партизан Армии Крайовой. (Следует отметить, что Владислав Комар был назначенным представителем немецкого общества с ограниченной ответственностью (ООО)  „Landbewirtschaftungsgesellschaft Ostland“ , которое занималось эксплуатацией сельского хозяйства на территориях, оккупированных немецким вермахтом в Рейхскомиссариате Остланд во время Второй мировой войны). Для сражения с советскими партизанами и Армией Крайовой в деревне Паберже в десятке километров отсюда  были дислоцированы полицейские 258-го литовского батальона самообороны, подчинявшегося немецкому командованию.  20 июня 1944 года во время их столкновения с польскими партизанами погибло четверо    полицейских. В тот же день в деревню прибыл отряд литовских  полицейских во главе с П.Полекаускасом, но  польских партизан в усадьбе уже не было, их предупредили. Заподозрив в этом работников поместья, полицейские расстреляли жителей деревни, причём сделано это было по собственной инициативе, даже без согласования с немецким руководством. Согласно польским источникам – это были женщины, старики и дети, так как мужчины в то время были на работах в полях. Убийцы просто согнали людей, выстроили у забора и расстреляли ни в чем не виновных людей, которые вообще никак не участвовали в столкновении партизан и полицейских. В тот же день был убит и Владислав Комар. По данным разных исследователей здесь в тот день были убиты 39 человек, в том числе не менее 11 детей.  Согласно литовским источникам, сами же немцы якобы арестовали и судили П. Полекаускаса и его подельников за убийство В.Комара, но как бы то ни было, после войны П.Полекаускас  оказался сначала в Германии, где жил до 1951 г., а потом перебрался в США, где получил американское гражданство , создал семью и благополучно прожив до старости,   умер в 1965 году. Никакой ответственности за свои действия он не понёс.

       Расправа  над поляками в Глитишкес вызвала  через несколько дней ответную акцию мести Армии Крайовой  в деревне Дубингяй  (в «Каунасской Литве» , как они её называли, с другой стороны демаркационной линии, разделявшей Вильнюсский край и Литву). Польские историки говорят о 28 жертвах. Этой акцией польские мстители нарушили общий приказ по всей партизанской Армии Крайовой, запрещавший   грабить и убивать мирных жителей, какой бы национальности они ни были. Такие преступления карались смертной казнью. 23 июня небольшой отряд польских партизан вошёл в деревню Дубингяй. Это было укрепленное место на границе довоенной Литвы и Польши, где располагались силы литовских полицейских. Партизаны их вытеснили и вошли в деревню, где методично заходили в литовские дома и расстреливали всех , кто попадал под руку. В некоторые дома были брошены гранаты. Известно, что эти дома заранее были помечены листочками, на которых было написано – «За Глитишки» . Во время акции были убиты 28 жителей, тоже в основном женщины, дети и старики. Литовская сторона утверждает, что эта ответная акция распространилась и на другие местности, с учетом этого, жертв было больше, факты это подтверждают.  Эти ответные акции также были преступны по мнению польских историков. К счастью, это не распространилось до масштабов Волынской трагедии. Следует отметить, что руководитель ответной карательной акции армии Крайовой, ротмистр Zygmunt Szendzielarz (псевдоним Лупашка),   после войны подался в Польшу, где в 1948 году был арестован, осуждён, приговорён к смертной казни и казнён в 1951 году.

             В 4-ом очерке этого цикла я рассказала о нашей поездке в Дубингяй, где установлен памятник невинным жертвам этой трагедии:
                http://proza.ru/2021/12/25/1930

              Но тогда я ещё мало знала о подробностях этих событий. Теперь же, когда готовила эту статью, ознакомилась с неизвестными мне ранее фактами, а исторические параллели с современностью  не могли оставить равнодушной.

               Глитишкес и Дубингяй, Glinciszki i Dubinki. Кровь за кровь.

                События нашего времени заставляют задуматься о  прошлом, уроки которого человечеством никак не усваиваются. Особенно если сведения об исторических событиях замалчиваются или искажаются, а то и история вообще переписывается.

                Когда готовила этот материал, познакомилась с интересной работой польского историка Павла Рокицкого* , в которой он всесторонне и отстранённо  анализирует трагедию Глитишкес и Дубингяй.  Безусловно, исследование проблематики этнически пёстрой, неоднородной национальной идентификации населения – крайне трудная задача. Здесь с давних пор  жили не только литовцы и поляки, но так же и русские, белорусы , евреи и др. Исторические факты свидетельствуют, что этническая политика соседних государств на пограничных  территориях как в Литве, так и в Польше, радикализировала установки населения. На взаимоотношения действовала и яростная пропаганда с обеих сторон, деморализирующая людей, рисовавшая образ соседей -  примитивных, жадных, коварных врагов. В то же время  историки отмечают , что люди, жившие в приграничье, часто использовали оба государственных языка и другие местные языки, ведь люди не жили в изоляции.  Законы природы универсальны, они действуют и в социальной сфере – как в физике на границе двух различных сред  по линии соприкосновения образуется особый диффузный слой из-за взаимопроникновения атомов или молекул, обладающий необычными свойствами (например, полупроводниковый переход), так и население приграничья взаимообогащается знаниями языков, обычаев, культуры  .   Люди приспосабливались к положениям того государства, в подданстве которого оказались, невзирая на национальную идентичность.   Люди были похожи , взаимосвязаны экономически и человечески, но трагические события тех лет их разъединили.  Предвоенные передачи территорий от Польши Литве, а  затем фашистская оккупация окончательно стравила население , усиливая репрессивные меры против одних и противопоставляя другим. В первые же месяцы войны было просто уничтожено все еврейское население края, у поляков и русских отнимали хозяйства, имущество,  людей отправляли на принудительные работы в Германию и т.п. Оккупационная власть на этой вражде и держалась.
               Я не буду пересказывать в этом очерке всё то, о чём  я впервые узнала, ознакомившись с историческими материалами, эти новые знания не только удивили меня, но и  позволили мне всесторонне взглянуть и оценить прошлое  и сопоставить с событиями современности.  Трагические события в этом приграничном регионе показали, что взаимная ненависть и жестокость порождает агрессию и желание мстить. А все это лишь разрушает Человека изнутри и  делает общество озлобленным и жестоким.
             
            Из работы П.Рокицкого узнала , что в 2004 m. ветераны местной Литовской сборной и Армии Крайовой в Литве подписали декларацию о примирении. Но об этом мало известно. Как и о том, о какой трагедии  напоминает    мемориал – сорок крестов  возле  дороги на Пабярже. Ведь здесь даже нет информационного стенда. А правда об этом событии горькая и стыдная.

           И мне опять вспомнились слова  скульптора Франка Майслера, сказанные на открытии мемориала жертвам Холокоста в посёлке  Янтарном  Калининградской области**, которые справедливы и в наши дни:

«Это памятник тем, кто был убит, но он также содержит короткое пронзительное предупреждение: если люди не могут жить вместе, то они обречены вместе умереть. Все те, кто присутствуют на месте, где памятник установлен, – передайте это послание во все концы света, потому что нет более важного, более необходимого знания, чем это!»

Примечания:

*  Pawel Rokicki. Glinciszki i Dubinki. Zbrodnie wojenne na Wilenszczyznie w polo wie 1944 roku i ich konsekwencje we wspolczesnych relacjach polsko-litewskich. Warszawa: PAN ISP, 2015, 384 p. ISBN 978-837-

** http://proza.ru/2019/08/08/1662

Фотоколлаж автора