Наталья Александровна Демченко

«- Всем привет! Я Наталья, и у меня БАС. Нет-нет, это не тембр голоса и не музыкальный инструмент, а пренеприятнейший диагноз. Никогда не слышали о таком? Ничего удивительного! Недуг очень редкий: один случай – на сто тысяч человек. Что-то внутри незаметно нарушается, будто бы кто-то планомерно рвёт нервные проводки, соединяющие мозговой центр со всеми частями тела. Двигательные команды доходят всё хуже и хуже, все мышцы организма постепенно слабеют – человек теряет возможность самостоятельно двигаться, говорить, глотать, дышать и, в итоге, умирает. Причина заболевания неизвестна. Лекарства от него пока что нет…
Так или примерно так я рассказала бы о себе, если бы всё ещё могла внятно изъясняться, и если бы существовали сообщества людей со смертельными диагнозами, подобные Клубам анонимных алкоголиков».
Это начало моей автобиографической повести, которая очень медленно пишется. Вообще же, бумагомарательством я занимаюсь с пяти лет и до болезни попробовала себя, кажется, во всех жанрах и направлениях кроме художественной прозы. Тут ведь без вящего ума и таланта делать нечего: ну, не получится в ней, как в журналистике, добиться сколько-нибудь стоящих результатов одними знаниями, напором и выносливостью. По-настоящему хорошая книга должна буквально засасывать читателя, проникать в его мысли и чувства, воскрешать воспоминания обо всём, казавшемся когда-то неважным, но ставшим по утрате родным (как, например, бумажная пачка чая со слоном или почерневшие от времени бабушкины щипцы для колки сахара); повести, рассказы и романы должны заставлять человека думать, учить всему лучшему, что есть в этом мире, будить мечты, провоцировать на подвиги – в общем становиться частью личной истории. Могу ли я так писать? Вряд ли. Но всё-таки пишу. Просто мне иначе нельзя по целому ряду причин, до того неприятных и болезненных, что писать о них никак не хочется. Скажу лишь одно: сейчас я уже в том состоянии, когда напечатать на экранной клавиатуре небольшое сообщение в мессенджере – это очень-очень-очень тяжёлый труд, но как только принимаюсь за художественный текст (их у меня несколько начато, и много – в голове), то сразу появляются неизвестно откуда силы, утихает боль, отступают беды и обиды. Так вот в одной совершенно никчемной судьбе по-своему воплощается Евангелие: «И Слово было Бог». А если ещё то, что я пишу, оказывается вдруг для кого-то интересным, чувствую себя чуточку причастной великой миссии Стивена Хокинга, Владимира Мигули и многих других, кто несмотря на боль, бессилие и уничижения сумел отстоять своё право на существование, добиться уважения и своим примером помочь другим людям. Ведь сколько бы не говорили о гуманизме, для большинства людей проще всего, как показывает практика, не замечать чужого горя, а для многих, вообще, великий подвиг – сдержаться и не пнуть упавшего. С такими же как мы и вовсе можно делать всё, что вздумается – ругать, обвинять, обзывать, клеветать, обижать физически – никто ничего не узнает. Конечно же, так такое отношение к больным БАС проявляют единицы, но каждый из нас, думаю, регулярно сталкивается с желанием здоровых людей самоутвердиться на фоне малоподвижных и не способных говорить умирающих. И это не только моё мнение. Мне не раз приходилось слышать от смертельно больных людей, что отношение к ним близких изменилось после известия о страшном диагнозе. Но сетования эти были хоть и горькими, но не очень конкретными. Просто, думаю, что ни один разумный человек не будет тратить время и силы, зная, что они у него крайне ограничены, на обличения, жалобы и отстаивание своих прав – успеть бы «вся, елика творит». Вот и я хочу написать как можно больше…

Написать личное сообщение    Добавить в список избранных

Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.

Соглашаюсь