Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

Свои люди -- сочтемся. (Александр Островский)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 


Аграфена Кондратьевна. Выдешь, выдешь, голубчик ты мой! Ну, поцелуй

меня! Целуются. Ну, Христос с тобой! Ну, дай я тебе слезки оботру

(Обтирает.) Вот нынче хотела Устннья Наумовна прийти, мы и потолкуем.

Липочка (голосом, еще не успокоившимся). Ах! кабы она поскорей пришла!

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Те же и Фоминишна.

Фоминишна. Угадайте-ко, матушка Аграфена Кондратьевна, кто к нам

изволит жаловать?

Аграфена Кондратьевна. Не умею сказать. Да что я тебе, бабка-угадка,

что ли, Фоминишна?

Липочка. Отчего ж ты у меня не спросишь, что я, глупее, что ли, вас с

маменькой?

Фоминишна. Уж и не знаю, как сказать; на словах-то ты у нас больно

прытка, а на деле-то вот и нет тебя. Просила, просила, не токмо чтобы что

такое, подари хоть платок, валяются у тебя вороха два без призрения, так все

нет, все чужим да чужим.

Аграфена Кондратьевна. Вот уж этого, Фоминишна, я до скончания не

разберу.

Липочка. Ишь она! Знать, пивца хлебнула после завтрака, налепила тут

чудеса в решете.

Фоминишна. Вестимо так; что смеяться-то? Каково скончание, Аграфена

Кондратьевна, бывает и начало хуже конца.

Аграфена Кондратьевна. С тобой не разъедешься! Ты коли уж начнешь

толковать, так только ушами хлопай. Кто ж такой там пришел-то?

Липочка. Мужчина али женщина?

Фоминишна. У тебя все мужчины в глазах-то прыгают. Да где ж это-таки

видано, что мужчина ходит в чепчике? Вдовье дело – как следует назвать?

Липочка. Натурально, незамужняя, вдова.

Фоминишна. Стало быть, моя правда? И выходит, что женщина!

Липочка. Эка бестолковая! Да кто женщина-то?

Фоминишна. То-то вот, умна, да не догадлива: некому другому и быть, как

не Устинье Наумовне.

Липочка. Ах, маменька, как это кстати!

Аграфена Кондратьевна. Где ж она до сих пор? Веди ее скорей, Фоминишна.

Фоминишна. Сама в секунду явится: остановилась на дворе - с дворником

бранится: не скоро калитку отпер.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же и Устинья Наумовна.

Устинья Наумовна (входя). Уф, фа, фа! Что это у вас, серебряные,

лестница-то какая крутая: лезешь, лезешь, насилу вползешь.

Липочка. Ах, да вот и она! Здравствуй, Устинья Наумовна!

Устинья Наумовна. Не больно спеши! Есть и постарше тебя. Вот с

маменькой-то покалякаем прежде. (Целуясь.) Здравствуй, Аграфена

Кондратьевна, как встала-ночевала, все ли жива, бралиянтовая?

Аграфена Кондратьевна. Слава создателю! Живу –хлеб жую; целое утро вот

с дочкой балясничала.

Устинья Наумовна. Чай, об нарядах все. (Целуясь с Липочкой.) Вот и до

тебя очередь дошла. Что это ты словно потолстела, изумрудная? Пошли, творец!

Чего ж лучше, как не красотой цвести!

Фоминишна. Тьфу ты, греховодница! Еще сглазишь, пожалуй.

Липочка. Ах, какой вздор! Это тебе так показалось, Устинья Наумовна. Я

все хирею: то колики, то сердце бьется, как маятник; все как словно тебя

подмывает али плывешь по морю, так вот и рябит меланхолия в глазах.

Устинья Наумовна (Фоминишне). Ну, и с тобой, божья старушка, поцелуемся

уж кстати. Правда, на дворе ведь здоровались, серебряная, стало быть и губы

трепать нечего.

Фоминишна. Как знаешь. Известно, мы не хозяева, лыком шитая мелкота, а

и в нас тоже душа, а не пар!

Аграфена Кондратьевна (садясь). Садись, садись, Устинья Наумовна, что

как пушка на колесах стоишь! Поди-ко вели нам, Фоминигана, самоварчик

согреть.

Устинья Наумовна. Пила, пила, жемчужная; провалиться на месте – пила и

забежала-то так, на минуточку.

Аграфена Кондратьевна. Что ж ты, Фоминишна, проклажаешься? Беги, мать

моя, проворнее.

Липочка. Позвольте, маменька, я поскорей сбегаю, видите, какая она

неповоротливая.

Фоминишна. Уж не финти, где не спрашивают! А я, матушка Аграфена

Кондратьевна, вот что думаю: не пригожее ли будет подать бальсанцу с

селедочкой.

Аграфена Кондратьевна. Ну, бальсан бальсаном, а самовар самоваром. Аль

тебе жалко чужого добра? Да как поспеет, вели сюда принести.

Фоминишна. Как же уж! Слушаю! (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Те же без Фоминишны.

Аграфена Кондратьевна. Ну что, новенького нет ли чего, Устинья

Наумовна? Ишь, у меня девка-то стосковалась совсем.

Липочка. И в самом деле, Устинья Наумовна, ты ходишь, ходишь, а толку

нет никакого.

Устинья Наумовна. Да ишь ты, с вами не скоро сообразишь, бралиянтовые.

Тятенька-то твой ладит за богатого: мне, говорит, хоть Федот от проходных

ворот, лишь бы денежки водились, да приданого поменьше ломил. Маменька-то

вот, Аграфена Кондратьевна тоже норовит в свое удовольствие: подавай ты ей

беспременно купца, да чтобы был жалованный, да лошадей бы хороших держал, да

и лоб-то крестил бы по-старинному. У тебя тоже свое на уме. Как на вас

угодишь?

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Те же и Фоминишна, входит, ставит на стол водку с закуской.

Липочка. Не пойду я за купца, ни за что не пойду,– За тем разве я так

воспитана: училась и по-французски, и на фортепьянах, и танцевать! Нет, нет!

Где хочешь возьми, а достань благородного.

Аграфена Кондратьевна. Вот ты и толкуй с ней.

Фоминишна. Да что тебе дались эти благородные? Что в них за особенный

скус? Голый на голом, да и христианства-то никакого нет: ни в баню не ходит,

ни пирогов по праздникам не печет; а ведь хоть и замужем будешь, а надоест

тебе соус-то с подливкой.

Липочка. Ты, Фоминишна, родилась между мужиков и ноги протянешь

мужичкой. Что мне в твоем купце! Какой он может иметь вес? Где у него

амбиция? Мочалка-то его, что ли, мне нужна?

Фоминишна. Не мочалка, а божий волос, сударыня, так-то-с!

Аграфена Кондратьевна. Ведь и тятенька твой не оболваненный какой, и

борода-то тоже не обшарканная, да целуешь же ты его как-нибудь.

Липочка. Одно дело тятенька, а другое дело – муж. Да что вы пристали,

маменька? Уж сказала, что не пойду за купца, так и не пойду! Лучше умру

сейчас, до конца всю жизнь выплачу: слез недостанет, перцу наемся.

Фоминишна. Никак ты плакать сбираешься? И думать не моги! И тебе как в

охоту дразнить, Аграфена Кондратьевна!

Аграфена Кондратьевна. А кто ее дразнит? Сама привередничает.

Устинья Наумовна. Пожалуй, уж коли тебе такой апетит, найдем тебе и

благородного. Какого тебе: посолидней али поподжаристей?

Липочка. Ничего и потолще, был бы собою не мал. Конечно, лучше уж

рослого, чем какого-нибудь мухортика, И пуще всего, Устинья Наумовна, чтобы

не курносого, беспременно чтобы был бы брюнет; ну, понятное дело, чтоб и

одет был по-журнальному. (Смотрит в зеркало.) Ах, господи! а сама-то я нынче

вся, как веник, растрепана.

Устинья Наумовна. А есть у меня теперь жених, вот точно такой, как ты,

бралиянтовая, расписываешь: и благородный, и рослый, и брюле.

Липочка. Ах, Устинья Наумовна! Совсем не брюле, а брюнет.

Устинья Наумовна. Да, очень мне нужно, на старости лет, язык-то ломать

по-твоему: как сказалось, так и живет. И крестьяне есть, и орден на шее; ты

вот поди оденься, а мы-с маменькой-то потолкуем об этом деле.

Липочка. Ах, голубушка, Устинья Наумовна, зайди ужо ко мне в комнату:

мне нужно поговорить с тобой. Пойдем, Фоминишна.

Фоминишна. Ох, уж ты мне, егоза! Угодят.

ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

Аграфена Кондратьевна, Наумовна и Устинья

Аграфена Кондратьевна. Не выпить ли нам перед чаем-то бальсанцу,

Устинья Наумовна?

Устинья Наумовна. Можно, бралиянтовая, можно.

Аграфена Кондратьевна (наливает). Кушай-ко на здоровье!

Устинья Наумовна. Да ты бы сама-то прежде, яхонтовая. (Пьет.)

Аграфена Кондратьевна. Еще поспею!

Устинья Наумовна. Уах! фу! Где это вы берете зелье этакое?

Аграфена Кондратьевна. Из винной конторы. (Пьет.)

Устинья Наумовна. Ведрами, чай?

Аграфена Кондратьевна. Ведрами. Что уж по малости-то, напасешься ль? У

нас ведь расход большой.

Устинья Наумовна. Что говорить, матушка, что говорить! Ну, уж

хлопотала, хлопотала я для тебя, Аграфена Кондратьевна, гранила, гранила

мостовую-то, да уж и выкопала жениха: ахнете, бралиянтовые, да и только.

Аграфена Кондратьевна. Насилу-то умное словцо вымолвила.

Устинья Наумовна. Благородного происхождения и значительный человек;

такой вельможа, что вы и во сне не видывали.

Аграфена Кондратьевна. Видно, уж попросить у Самсона Силыча тебе

парочку арабчиков.

Устинья Наумовна. Ничего, жемчужная, возьму. И крестьяне есть, и орген

на шее, а умен как, просто тебе истукан золотой.

Аграфена Кондратьевна. Ты бы, Устинья Наумовна, вперед доложила, что за

дочерью-то у нас не горы, мол, золотые.

Устинья Наумовна. Да у него своих девать некуды.

Аграфена Кондратьевна. Хорошо бы это, уж и больно хорошо; только вот

что, Устинья Наумовна, сама ты, мать, посуди, что я буду с благородным-то

зятем делать! Я и слова-то сказать с ним не умею, словно в лесу.

Устинья Наумовна. Оно точно, жемчужная, дико сначала-то, ну, а потом

привыкнешь, обойдетесь как-нибудь. Да вот с Самсон Силычем надо потолковать,

может, он его и знает, этого человека-то.

ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Те же и Рисположенский.

Рисположенский (входя). А я к вам, матушка Аграфена Кондратьевна.


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 

Скачать полный текст (125 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.