Главная / Стихи / Проза / Биографии

Поиск:
 

Классикару

Свои люди -- сочтемся. (Александр Островский)


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 


выпью. А уж это, Аграфена Кондратьевна, первый долг, чтобы дети слушались

родителей. Это не нами заведено, не нами и кончится.

Встают и уходят все, кроме Липочки, Подхалюзина и Аграфены

Кондратъевны.

Липочка. Да что же это, маменька, такое? Что я им, кухарка, что ли,

досталась? (Плачет.)

Подхалюзин. Маменька-с! Вам зятя такого, который бы вас уважал и,

значит, старость вашу покоил,– окромя меня, не найтить-с.

Аграфена Кондратьевна. Да как это ты, батюшке?

Подхалюзин. Маменька-с! В меня бог вложил такое намерение, потому

самому-с, что другой вас, маменька-с, и знать не захочет, а я по гроб моей

жизни (плачет) должен чувствовать-с.

Аграфена Кондратьевна. Ах, батюшко! Да как же это быть?

Большов. (из двери). Жена, поди сюда!

Аграфена Кондратьев на. Сейчас, батюшко, сейчас!

Подхалюзин. Вы, маменька, вспомните это слово, что я сейчас сказал

Аграфена Кондратьевна уходит.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ '

Липочка и Подхалюзин.

Молчание.

Подхалюзин. Алимпияда Самсоновна-с! Алимпияда Самсоновна! Но, кажется,

вы мною гнушаетесь! Скажите хоть одно слово-с! Позвольте вашу ручку

поцеловать.

Липочка. Вы дурак необразованный!

Подхалюзин. За что вы, Алимпияда Самсоновна, обижать изволите-с?

Липочка. Я вам один раз навсегда скажу, что не пойду я за вас,– не

пойду.

Подхалюзин. Это как вам будет угодно-с! Насильно мил не будешь. Только

я вам вот что доложу-с...

Липочка. Я вас слушать не хочу, отстаньте от меня! Как бы вы были

учтивый кавалер: вы видите, что я ни за какие сокровища не хочу за вас

идти,– вы бы должны отказаться.

Подхалюзин. Вот вы, Алимпияда Самсоновна, изволите говорить:

отказаться. Только если я откажусь, ,что потом будет-с?

Липочка. А то и будет, что я выйду за благородного.

Подхалюзин. За благородного-с! Благородный-то без приданого не возьмет.

Липочка. Как без приданого? Что вы городите-то! Посмотрите-ко, какое у

меня приданое-то,–в нос бросится.

Подхалюзин. Тряпки-то-с! Благородный тряпок-то не возьмет.

Благородному-то деньги нужны-с.

Липочка. Что ж! Тятенька и денег даст!

Подхалюзин. Хорошо, как даст-с! А как дать-то нечего? Вы дел-то

тятенькиных не знаете, а я их очен-но хорошо знаю: тятенька-то ваш

банкрут-с.

Липочка. Как банкрут? А дом-то, а лавки?

Подхалюзин. А дом-то и лавки – мои-с!

Липочка. Ваши?! Подите вы! Что вы меня дурачить хотите? Глупее себя

нашли!

Подхалюзин. А вот у нас законные документы есть! (Вынимает.)

Липочка. Так вы купили у тятеньки?

Подхалюзин. Купил-с!

Липочка. Где же вы денег взяли?

Подхалюзин. Денег! У нас, слава богу, денег-то побольше, чем у какого

благородного.

Липочка. Что ж это такое со мной делают? Воспитывали, воспитывали,

потом и обанкрутились!

Молчание.

Подхалюзин. Ну, положим, Алимпияда Самсоновна, что вы выйдете и за

благородного – да что ж в этом будет толку-с? Только одна слава, что

барыня, а приятности никакой нет-с. Вы извольте рассудить-с: барыни-то часто

сами на рынок пешком ходят-с. А если и выедут-то куда, так только слава, что

четверня-то, а хуже одной-с купеческой-то. Ей-богу, хуже-с. Одеваются тоже

не больно пышно-с. А если за меня-то вы, Алимпняда Самсоновна, выйдете-с,

так первое слово: вы и дома-то будете в шелковых платьях ходить-с, а в гости

али в театр-с – окромя бархатных, и надевать не станем. В рассуждении

шляпок или салопов – не будем смотреть на разные дворянские приличия, а

наденем какую чудней! Лошадей заведем орловских. (Молчание.) Если вы насчет

физиономии сумневаетесь, так это, как вам будет угодно-с, мы также и фрак

наденем да бороду обреем, либо так подстрижем, по моде-с, это для нас все

одно-с.

Липочка. Да вы все перед свадьбой так говорите, а там и обманете.

Подхалюзин. С места не сойти, Алимпияда Самсоновна! Анафемой хочу быть,

коли лгу! Да это что-с, Алимпияда Самсоновна, нешто мы в эдаком доме будем

жить? В Каретном ряду купим-с, распишем как: на потолках это райских птиц

нарисуем, сиренов,[1 ]капидонов разных – поглядеть только будут

деньги давать.

Липочка. Нынче уж капидонов-то не рисуют.

Подхалюзин. Ну, так мы букетами пустим. (Молчание.) Было бы только с

вашей стороны согласие, а то мне в жизни ничего не надобно. (Молчание.) Как

я несчастлив в своей жизни, что не могу никаких комплиментов говорить. , . '

Липочка. Для чего вы, Лазарь Еливарйч, по-французски не говорите?

Подхалюзин. А для того, что нам не для чего. (Молчание.) Осчастливьте,

Алимпияда Самсоновна, окажите эдакое благоволение-с. {Молчание.) Прикажите

на колени стать.

Липочка. Станьте!

Подхалюзин становится

Вот у вас какая жилетка скверная

Подхалюзин. Эту я Тишке подарю-с, а себе на Кузнецком мосту закажу,

только не погубите! (Молчание.) Что же, Алимпияда Самсоновна-с?

Липочка. Дайте подумать.

Подхалюзин. Да об чем же думать-с?

Липочка. Как же можно не думать?

Подхалюзин. Да вы не думамши.

Липочка. Знаете что, Лазарь Елизарыч!

Подхалюзин. Что прикажете-с?

Липочка. Увезите меня потихоньку.

Подхалюзин. Да зачем же потихоньку-с, когда так тятенька с маменькой

согласны?

Липочка. Да так делают. Ну, а коли не хотите увезти, - так уж, пожалуй,

и так.

Подхалюзин. Алимпияда Самсоновна! Позвольте ручку поцеловать! (Целует,

потом вскакивает и подбегает к двери.) Тятенька-с!..

Липочка. Лазарь Елизарыч, Лазарь Елизарыч! Подите сюда!

Подхалюзин. Что вам угодно-с?

Липочка. Ах, если бы вы знали, Лазарь Елизарыч, какое мне житье здесь!

У маменьки семь пятниц на неделе; тятенька как не пьян, так молчит, а как

пьян, так прибьет того и гляди. Каково это терпеть абразованной барышне! Вот

как бы я вышла за благородного, так я бы и уехала из дому и забыла бы обо

всем этом. А теперь все опять пойдет по-старому.

Подхалюзин. Нет-с, Алимпияда Самсоновна, не будет этого! Мы, Алимпияда

Самсоновна, как только сыграем свадьбу, так перейдем в свой дом-с. А уж мы

им-то командовать не дадим-с. Нет, уж теперь кончено-с! Будет-с с них –

почудили на своем веку, теперь нам пора!

Липочка. Да вы такие робкие, Лазарь Елизарыч, вы не посмеете тятеньке

ничего сказать, а с благородным-то они немного наговорили бы.

Подхалюзин. Оттого и робкий-с, что было дело подначальное – нельзя-с.

Прекословить не смею. А как заживем своим домом, так никто нам не указ. А

вот вы все про благородных говорите. Да будет ли вас так любить благородный,

как я буду любить? Благородный-то поутру на службе, а вечером по клубам

шатается, а жена должна одна дома без всякого удовольствия сидеть. А смею ли

я так поступать? Я всю жизнь должен стараться, как вам всякое удовольствие

доставить.

Липочка. Так смотрите же, Лазарь Елизарыч, мы будем жить сами по себе,

а они сами по себе. Мы заведем все по моде, а они – как хотят.

Подхалюзин. Уж это как и водится-с.

Липочка. Ну, теперь зовите тятеньку. (Встает и охорашивается перед

зеркалом.)

Подхалюзин. Тятенька-с! Тятенька-с! Маменька-с!..

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Те же, Большов и Аграфена Кондратьевна.

Подхалюзин (идет навстречу Самсону Силычу и бросается к нему в

объятия). Алимпияда Самсоновна гласны-с! |

Аграфена Кондратьевна. Бегу, батюшко, бегу.

Большов. Ну, вот и дело! То-то же. Я знаю, что делаю, уж не вам меня

учить.

Подхалюзин (к Аграфене Кондратьевне). Маменька-с! Позвольте ручку

поцеловать.

Аграфена Кондратьевна. Целуй, батюшко, обе чистые. Ах ты, дитятко, да

как же это давеча-то так, а? Ей-богу! Что ж это такое? А уж я и не знала,

как это дело и рассудить-то. Ах, ненаглядная ты моя!

Липочка. Я совсем, маменька, не воображала, что Лазарь Елизарыч такой

учтивый кавалер! А теперь вдруг вижу, что он гораздо почтительнее других.

Аграфена Кондратьевна. Вот то-то же, дурочка! Уж отец тебе худа не

пожелает. Ах ты, голубушка моя! Эка ведь притча-то, а? Ах, матушки вы мои!

Что ж это такое? Фоминишна! Фоминишна!

Фоминишна. Бегу, бегу, матушка, бегу. (Входит.)

Большов. Постой ты, таранта! Вот вы садитесь рядом,– а мы на вас

посмотрим. Да подай-ко ты нам бутылочку шипучки.

Подхалюзин и Липочка садятся.

Фоминишна. Сейчас, батюшка, сейчас! (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

Те же, Устинья Наумовна и Рисположенский.

Аграфена Кондратьевна. Поздравь жениха-то с невестой, Устинья Наумовна!

Вот бог привел на старости лет, дожили до радости.

Устинья Наумовна. Да чем же поздравить-то вас, изумрудные? Сухая ложка

рот дерет.

Большов. А вот мы тебе горлышко промочим.

ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Те же, Фоминишна и Тишка (с вином на подносе).

Устинья Наумовна. Вот это дело другого рода. Ну, дай вам бог жить да

молодеть, толстеть да богатеть. (Пьет.) Горько, бралиянтовые!

Липочка и Лазарь целуются.

Большов. Дай-ко я поздравлю. (Берет бокал.) Липочка и Лазарь встают.

Живите, как знаете, – свой разум есть. А чтоб вам жить-то было не

скучно, так вот тебе, Лазарь, дом и лавки пойдут вместо приданого, да из

наличного отсчитаем.

Подхалюзин. Помилуйте, тятенька, я и так вами много доволен.

Большов. Что тут миловать-то! Свое добро, сам нажил. Кому хочу – тому

и даю. Наливай еще!


Страницы: 1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13 

Скачать полный текст (125 Кб)
Перейти на страницу автора


Главная / Стихи / Проза / Биографии       Современные авторы - на серверах Стихи.ру и Проза.ру

TopList
Rambler's Top100
Rambler's Top100
© Русский литературный клуб. Все произведения, опубликованные на этом сервере, перешли в общественное достояние. Срок охраны авторских прав на них закончился и теперь они могут свободно копироваться в Интернете. Информация о сервере и контактные данные.